Первый удар. Второй. Пятый.
Ты считаешь их не потому, что хочешь, а потому что это единственное, за что ты можешь зацепиться, пока тело кричит, а голос молчит.
Потому что умолять бесполезно.
Ты уже умоляла.
Когда-то давно.
– Сколько? – спрашивает он.
– Десять, – хриплю я в ответ.
– А за ложь? – он улыбается и щурит глаза цвета мела.
– Пятнадцать.
Он кивает, почти с нежностью, и поднимает руку с хлыстом.
Я готова. Я заслужила. Я выживу.
Звонок в дверь заставил меня вынырнуть из воспоминания. Я мельком глянула на экран телефона: прошел почти час с тех пор, как ушел Марк. Слишком долго. Терять счет времени в прошлом – роскошь, на которую я не имею права. Я глубоко вздохнула, стряхнула с себя остатки наваждения и открыла дверь.
На пороге стоял Мирон – непроницаемый, как каменная стена. Правая рука Марка, человек, который несет ответственность не только за безопасность, но и за жестокий порядок в клане. Его карие глаза – без признаков тепла или доверия.
– Ева Сарон, – произнес он ровным голосом, без всяких приветствий. – Я пробил тебя по базам.
Он наклонил голову набок, будто изучая.
– Кто ты? – спросил он, и тон его был настолько сдержанным, что в нем угадывалась скрытая угроза.
– Ты же сам сказал, что пробил меня. Значит, тебе уже и так всё известно.
– Ни у кого не может быть настолько идеально чистого файла. Только если они за это специально не заплатили.
Я пожала плечами.
– Ну, что тут сказать. До вчерашнего вечера я вела вполне тихую и непримечательную жизнь.
Мирон ухмыльнулся. Хотя скорее оскалился. Он не спешил, изучал меня, будто проверял, насколько я сильна, насколько хрупка. Наконец, сказал:
– Я буду за тобой наблюдать. Очень внимательно.
Он произнес это с таким холодным спокойствием, что по коже пробежала дрожь. Его слова были не просто предупреждением, это была ультимативная угроза. Мирон хорошо знал, как заставить страх работать на себя.
– Если предашь Марка, – добавил он, голос стал ниже, словно он прошептал смертный приговор, – я тебя уничтожу.
Он отвернулся и вышел, не ожидая ответа. Я закрыла за ним дверь и осталась одна в этой чужой тишине, где каждое эхо – отголосок предстоящих испытаний.
Пару секунд я просто стояла, чувствуя, как дрожь, которую принес с собой Мирон, всё еще пульсирует в пальцах. Его угроза – не фигура речи. Он из тех, кто не колеблется. Не прощает. Не жалеет.
Я провела ладонью по лицу. Слишком много взглядов. Слишком мало пространства, чтобы дышать. А ведь всё только начинается. И всё равно… я знала, что справлюсь. Не потому что верила в себя. А потому что у меня не было другого выбора.
А значит, я должна сделать всё, чтобы выжить. И однажды, когда никто не ждет, я поверну эту игру в свою пользу.
ГЛАВА 3
Ева
Он ждал меня в холле первого этажа в идеальном костюме без единого залома. Так и хотелось подойти и помять эту ткань, оставить на ней след, дефект, несовершенство. Марк поднял глаза от телефона, быстро окинул меня взглядом и тут же вновь уткнулся в телефон.
– Красное, – недовольно заметил он. – Я просил что-то темное. Ратмир не любит ярких цветов.
Я лишь пожала плечами и поправила свое коктейльное платье. Обтягивающий топ, струящаяся юбка и разрез в правильном месте.
– Ты мало знаешь о мужчинах.
– Ты мало знаешь о Ратмире.
– Тебе не нравится мое платье?
Я подошла ближе и покружилась, оголяя ноги. Что-что, а с огнем я играть любила. Марк убрал телефон в карман, посмотрел на разрез моего платья, затем мне в глаза и покачал головой, будто считал мой вызов детским и не стоящим его внимания.
– Пошли, – лишь сказал он и направился к выходу.
Мне пришлось последовать за ним. Перед выходом на улицу он остановился, повернулся ко мне и заговорил быстро и монотонно.
– Как только мы выйдем отсюда, мы – пара. Играй, но не переигрывай. Ясно?
Я улыбнулась и взяла его за руку. Он тут же отдернул ее.
– Что ты делаешь? – спросил он.
– Парочки держатся за руки.
Я вновь протянула к нему руку. Мгновение и его большая ладонь легла в мою. Я выдохнула и прижалась к его боку ближе.
– Да начнется шоу, – прошептала я и не могла не засмеяться.
Марк лишь закатил глаза и повел нас вперед. Автоматические двери открылись, и прямо перед входом нас ждал черный седан с тонированными окнами. Ставлю сто тысяч севенов, что он еще и бронированный, а под каждым сиденьем спрятан целый арсенал оружия. Надо будет как-нибудь проверить.
Марк по-джентельменски открыл мне дверь и улыбнулся. Настолько фальшиво, что я вновь чуть не засмеялась.