— Я подумаю. Ладно?
— Конечно. Если чего, через две недели можем отправить в Чехию. Только мы должны знать как минимум за неделю, чтобы с визой успеть. Ребята обычно возвращаются довольные.
— Хорошо.
По дороге к метро, непосредственно в метро, да и после все думала, что сказать Паше. Как объяснить, что не сможет к нему переехать, что вынуждена уехать неизвестно куда. Хотя, какая разница, он все равно не поймет и обидится. А начинать серьезные отношения с откровенного вранья — считай крест поставить на этих самых отношениях. И врать Жарову, нет… Хорошо, что он на пару дней уехал в бабушке с дедом на дачу, видеть его сейчас было бы слишком больно.
Якобы поездка от школы тоже слабенький вариант, достаточно спросить у Костика и все. Но есть еще Аня. Может, она бы чем помогла.
Саня позвонила сестре и через два часа они уже сидели в кафе-мороженое на соседней улице.
— Анька, выручай… — пролепетала обреченным голосом, подытожив рассказ про все злоключения, — Мне хоть в петлю лезь, не знаю, что делать.
— Слушай, что-то мне все это совсем не нравится. И художник… он же псих конченый по ходу. А если ты вообще из этой Индии не вернешься?
— И такое не исключено.
— Нет, я бы на твоем месте уже всех в известность поставила. Хотя, — вдруг задумалась Аня, — насколько я поняла, личность он публичная. Порылась в сети, о нем много информации, в основном выставки там, выставки здесь. Скандалы вечные вокруг его персоны, но такие, без криминала. В том или позапрошлом году он вообще занял пятое место в списке самых богатых художников России. Не думаю, что кинется топить тебя в священной реке Ганг. А секс… Для этого, повторюсь, вам нужен договор.
— Думаешь, какой-то договор его остановит? — покачала головой Саша. — Для него сойдет за туалетную бумагу, не больше.
— И все же… Совсем без всего ехать точно нельзя. Деньги за работу пусть переводит тебе на карту, то есть, официально с комментарием, мол, за то-то и то-то.
— А что с Пашкой делать? Что я ему скажу?
— Ну, если все-таки вздумаешь ехать, так и быть, прикрою твой зад. Я с Киром собираюсь в отпуск, правда, полетим в Грецию и не на два месяца, а на три недели всего, но … хоть что-то. Могу сказать, что ты с нами. А дальше уж не знаю. Кстати, мне Кир предложение сделал, — расплылась улыбкой девушка.
— Ух ты, круто. Поздравляю.
— Ну да, — тут же убрала счастье с лица, все же не к месту сейчас. В общем, наплети своему Жарику, что мы хотим пожениться в Греции, типа обурели от пафоса, деньги девать некуда и так далее. А ты в подружках невесты. А значит, без тебя никак.
— Спасибо, Анька…
— Хм-м-м, — нахмурилась та, — идея-то классная. Свадьба в Греции, а венчание в какой-нибудь старинной церкви. Надо будет забросить удочку Кирику. Уж лучше, чем собирать банкет в каких-нибудь Сандунах на сто персон.
От ее рассуждений Саша первый раз за день повеселела. Аня безбашенная, да и Кир у нее такой же, подобрались идеально.
— Санек… Завтра пойдем с тобой к знакомому юристу, работает с Киром, толковый и не борзеет по деньгам. Он нам поможет составить договор. Придешь к этому мудаку с готовым документом, либо пусть подписывает, либо валит к чертям. И пригрози, что всех на уши поставишь, пусть воюет со всей твоей родней. Разорится тогда, — злобно хихикнула Аня.
А вечером позвонил рублевский ублюдок, пришлось ответить:
«— Привет, малышка. Ты подумала?»
— Мне нужен еще день. Терпит, я надеюсь?
«— Почему именно день? Собралась в бега?» — вроде и усмехнулся, но голос стал строже.
— Нет. Не собралась. Так что? У меня еще есть один день в запасе?
«— Так и быть, полдня. Завтра ближе к десяти приеду»
— Жду не дождусь, — процедила сквозь зубы.
Куда она лезет? В пасть даже не льва, а анаконды. Заглотит ведь и не поморщится.
Почти весь следующий день Саша с Аней просидели в офисе юриста Алексея. Молодой, с виду даже слишком, паренек с козлиной бородкой и луковкой на темени выспросил все деликатные моменты работы натурщицы, отыскал схожий шаблон договора и приступил к работе. После составления договора последовали бесконечные правки.
Алексей в какой-то момент уже начал беспокоиться, все-таки основной упор девушки делали на недопущение сексуальных домогательств, охрану жизни и здоровья.
И только в пять вечера они вышли из офиса. Саша чувствовала себя выжатым лимоном, все эти вопросы и разговоры, от которых приходилось краснеть или бледнеть, уточнения, бр-р-р.
— Домой? — Аня тоже притомилась. Девушкой она была легкой на подъем, работала в рекламном агентстве художником-оформителем, поэтому все эти посиделки с бумагами вгоняли в жуткую тоску.