— Да, — и снова взяла его руку в свои.
Прикосновение теперь было совсем иным. Это было не просто касание кожи к коже. Это было соединение. Каждый нерв в моих пальцах, каждая клетка моего тела пела странную, вибрирующую песню от близости его энергии.
Супруг наблюдал за мной, и его серые глаза стали темнее, почти бездонными. Незаметно для нас солнце уже скрылось за деревьями, погрузив мою комнату в приятный полумрак.
Мои пальцы скользнули по его ладони, исследуя шрамы и твердые следы использования меча. Каждое прикосновение отзывалось эхом где-то глубоко внутри, странным, сладким эхом, которое заставляло мое дыхание сбиваться. Я почувствовала, как его пальцы слегка сжали мои в ответ.
Моя рука, будто сама по себе, поднялась и коснулась его предплечья, ощущая под тонкой тканью рубашки стальные мускулы. От этого простого прикосновения по всему телу пробежала дрожь.
Ройс медленно выдохнул, и этот звук был похож на рычание глубоко в груди.
— А этот крем… он предназначен только для рук? — поинтересовался он.
Я кинула на генерала быстрый взгляд из-под опущенных ресниц и продолжила втирать мазь, стараясь сосредоточиться на ритмичных движениях, а не на том, как его кожа отзывается теплом на мои прикосновения.
— Не только. Но этого количества хватит только для рук, — тихо вздохнула я, с сожалением глядя на почти пустую баночку. В самом деле, я явно перестаралась. От смущения и волнения я использовала почти весь запас.
— Я распоряжусь, чтобы тебе доставили все необходимое, — не размышляя ни секунды, пообещал Ройс. — Завтра же.
Какой прыткий!
— И вы станете следить за кожей своих рук? — тонко улыбнулась я.
— Я весьма забывчивый, когда дело касается подобных вещей. Если бы моя дорогая супруга занялась этим вопросом лично… — многозначительно протянул генерал.
— Что ж, хорошо, — кивнула я с важным видом. — Я возьму на себя эту бесспорно первостепенную задачу.
— Ты прелесть, — Ройс неожиданно поцеловал меня в щеку. Не так как в оружейной, но вспыхнувший в крови пожар был не менее сильным. — Я и не думал, что брак — это так приятно.
Я тоже!
46
Закончив с кремом, я закрыла пустую баночку и повернулась к столу, где лежали наши артефакты. Я хотела было передать Ройсу его перстень, однако генерал меня опередил. Он бесшумно встал за моей спиной и потянулся к кольцу, заключив меня в своеобразную ловушку между столом и мужской грудью.
— Спасибо за этот подарок, — голос мужа прозвучал прямо над ухом, обжигая чувствительное место горячим дыханием.
На секунду у меня сбилось дыхание, но я постаралась взять себя в руки и унять дрожь в голосе.
— Пожалуйста, — отозвалась я так, словно у меня сейчас не подкашивались ноги от близости Ройса.
Наконец, когда артефакты вернулись на наши пальцы, стало чуточку легче дышать. Но только чуточку! Потому что присутствие генерала вызывало во мне самые разные эмоции и ощущения. И эти чувства однозначно нельзя было списать на действие одной лишь магической связи.
Кажется, я начинала привязываться к супругу по-настоящему.
Я помнила, что не следовало разрывать контакт резко, но и стоять, не шевелясь, мне было сложно. Так что я обернулась, чтобы посмотреть на генерала, и почувствовала, как сердце снова заколотилось. Он стоял так близко, что я могла разглядеть мельчайшие детали: тень темных ресниц на скулах, легкую щетину на подбородке, твердую линию красивых губ.
В монастыре с самых малых лет я слышала, что женщине надлежит быть скромной. Целомудренной и непорочной. Тихой и неприметной. Сдерживать свои взгляды, желания, даже дыхание. И это касалось абсолютно всех женщин без исключений.
Но в этот момент все монастырские наставления словно испарились из моей головы. Скромность казалась такой далекой и незначительной, когда Ройс смотрел на меня своими пронзительными, как зимнее небо, серыми глазами. Когда его пальцы сжимали мою талию — кстати, когда они тут оказались⁈ —, а теплое дыхание касалось щеки.
В общем, я уже была твердо намерена забыть все, чему меня учили, и сделать что-нибудь крайне нескромное, когда кто-то постучал в дверь и тем самым спас генерала от моей попытки склонить его к непристойным занятиям.
— Войдите, — не сразу ответил на стук Ройс с видом человека, которого оторвали от очень важного дела.
В комнату вошла королева и удивленно огляделась по сторонам.
— Я подумала, что ошиблась комнатой, когда услышала твой голос, братец, — произнесла Ровена, от чьего взгляда не укрылась ладонь Ройса, лежащая на моей спине.
Я поспешила сделать шаг в сторону, совершенно не готовая к публичным проявлениям близости. Однако супруг без каких-либо усилий удержал меня на месте, не позволив отойти от него даже на сантиметр.