Шаги постепенно стали приближаться к гостиной и к лестнице, ведущей на подвальный этаж. Через пару мгновений тишину нарушил звук разбивающегося на мелкие осколки стеклянного фиала, а следом отчётливый звук удара по бестолковому затылку.
— Ну чё же ты творишь, Нурик, щас всех разбудишь, идиот, — прозвучал злой, пропитый голос.
— А чё я-то, это не я, — промямлил молодой голос.
Разбойники же с каждым ударом сердца начинали двигаться всё более нагло, наплевав на соблюдение тишины. В это время Мила с трудом сдерживала слёзы от страха, потешно сжимая крохотные кулачки.
— Джун, а ты уверена, что всё получится? — на грани паники прошептала Мила.
— Тише, не издавай ни звука! — прошипела Джун.
Ещё пару минут по верхним этажам были слышны отчётливые шаги, а следом кто-то из грабителей начал спускаться в подвал. В толстую стальную дверь тихо постучали, один раз, затем другой.
— Джун, открой, пожалуйста, дверь, это я, Эри, — прошептала с той стороны двери бывшая подруга.
Тишина продлилась ещё минуту, отвечать этой мерзавке Джун точно не собиралась, а Мила была, кажется, вообще не в состоянии это сделать, закусив рукав платья от страха.
— Джун, ну открой, прошу тебя, это же я, Эри! Мне удалось сбежать от этих головорезов буквально чудом. Прошу, Джун, открой дверь! — уже в голос просила Эри.
Несколько тяжёлых ударов в стальную дверь заставили двух молодых девушек вздрогнуть от неожиданности, но слава императору, им удалось не вскрикнуть от испуга.
— Слышишь ты, дрянная подстилка мёртвого старикашки, если сейчас же не откроешь эту дверь, то я подожгу весь этот дом и потом из пепла достану все ваши богатства, — прорычал мужик, уже не сдерживая голос и не стараясь сохранить тишину.
Ещё несколько тяжёлых ударов в стальную дверь отдались гулким звоном в ночной тишине пригорода Нового Сибирска. Примерно пять минут разбойники пытались открыть дверь снаружи с помощью ломов и другого подручного инструмента. Но господин Ирчин в своё время потратил на неё слишком много золота, чтобы простым пустоголовым оборванцам с улицы удалось взломать настолько прочную дверь. Джун, конечно, не слишком разбиралась в таких тонкостях, но слова господина о том, что проще проломить кирками метровую каменную стену рядом, чем сломать навесы или засов на этой двери, она запомнила отчётливо.
Неожиданно попытки вскрыть проход к спрятавшимся за стальной дверью в подвал девушкам и постоянную ругань головорезов сменили обеспокоенные голоса.
— Торлик, мне чёт нехорошо, — пролепетал один из разбойников.
— Ээ, Торлик, эт чё такое, пред глазами всё двоицца, — грубым пьяным голосом возмутился другой бандит.
Но продолжения не последовало. Только громкие звенящие звуки падающего на каменный пол строительного инструмента ещё пару секунд разрывали ночную тишину. Ещё целых десять минут Джун старалась даже не дышать, настолько сильно она пыталась услышать происходящие с другой стороны от стальной двери, всё время ожидая подвоха. И только сердце в груди, казалось, громко бухает, заглушая всё вокруг. Но на самом деле, кроме разве что тихо сопящей Милы, никто не издавал вообще никаких звуков. Её голос, вновь прозвучавший в мертвенной тишине, заставил Джун вздрогнуть и отнять ухо от двери.
— Может, не будем выходить, — трусливо озираясь, сказала Мила, — вдруг они притворяются и только этого и ждут?
— Не говори глупости, им на это мозгов не хватит, а вот если мы промедлим, то действие яда может сойти на нет. И тогда нам точно несдобровать.
— А вдруг мы тоже отравимся, давай ещё подождём, — неуверенно продолжила Мила.
— Прекрати искать отговорки, я сразу после звона упавших инструментов засекла время, десять минут недавно прошли. А господин Ирчин довольно точно объяснял мне принцип действия именно этой алхимической смеси. После разрушения сосуда взвесь смешается с воздухом в большом объёме, но не осядет на землю, а наоборот, распространится с набегающими потоками. И действовать будет только десять минут. А полное отравление наступит уже через пятнадцать-двадцать минут в зависимости от того, насколько крепкие эти уроды. Но так как никого могучего среди этого отребья нет, они уже должны быть все без сознания.
— Но всё равно слишком страшно, давай ещё подождём?
— Так, хватит меня раздражать, лучше зажги ещё пару ламп на стенах и разбуди Карину, а то думаю, что вдвоём нам будет слишком тяжело перетаскать столько бандитов.
— Да, да, ты права, втроём будет не так страшно! — обрадованно сказав это, мелкая козявка быстро убежала в соседнюю комнату за подмогой.