По прошествии двадцати минут я наполнил контур почти десятью тысячами единиц маны, использовав все крупные кристаллы объёмом от сотни единиц энергии. Небольшое усилие, и малые врата в мир Ссшорс будут открыты, но всего на тридцать секунд, так что моих подчинённых стоит подождать. Ну или в крайнем случае я активирую арку и сбегу в одиночку, не дожидаясь их.
Нетерпение разрывало меня изнутри. Каждая минута, казалось, длилась часами. И в тот момент, когда я увидел очертания моих солдат на горизонте, мне очень хотелось ударить их молнией, чтобы поторопить. Они действительно уже не бежали, скорее, с большим трудом тяжело шли, частенько спотыкаясь. Словно им пришлось биться с бесчисленным количеством песчаных химер. Не знаю, как я сдержал свой гнев и не разорвал их собственноручно. Настолько ярость овладела мной в этот момент. Но я сдержался, наверное, только потому, что чувство тревоги до сих пор вообще никак себя не проявляло. Мне отчего-то казалось, что они специально не спешат. А ведь мы больше месяца странствуем по этой пустоши, только ради этого момента наконец-то покинуть обречённый мир нежити. Я был настолько взбудоражен тем количеством произошедших событий за последние несколько часов, что никакой другой причины, кроме желания этих отбросов разгневать меня, не видел.
Но стоило моим воинам приблизиться примерно метров на двести, как я мгновенно успокоился. Не знаю, как они вообще меня нашли. У Мареша большая часть хитиновых пластин, защищавших тело, сгорела или просто отвалилась, он напоминал освежёванную мёртвую тушу, непонятно почему ещё шевелящуюся. Запёкшаяся кровь по всему телу в сотнях мест лопнула и продолжала кровоточить. Улер выглядел немногим лучше. Правда, он как-то смог сберечь один глаз, в отличие от Мареша, и хоть как-то указывал направление. А Леура я поначалу вообще не рассмотрел с помощью обычного восприятия. Хотя искра его была видна отчётливо. Оказалось, что Мареш замотал волшебника в полог палатки, а Улер изредка поливал его водой, пытаясь остудить ожоги по всему телу.
— Ну что, воины, готовы наконец-то покинуть этот гостеприимный мир мёртвых? — прострекотал я.
— Да, владыка Афет, — прохрипел обожжённым горлом Улер, кажется, уже не веря, что я их дождусь.
Глава 12
Кровь обреченных
Крепость Новый Сибирск. Кабинет генерала Тараса Кровавого. Месяц назад
— Как всё это понимать, Овцев⁈ — яростно и взбешённо ревел граф Тарас Обухов.
— Простите, господин генерал, я не виноват, — согнувшись в поклоне, мямлил полковник Овцев, — рой инсектоидов был неожиданно значительно более активным, чем мы рассчитывали.
— Что ты несёшь⁈ — ударив по столу кулаком, взревел Обухов. — Рой активен всегда, для чего, по-твоему, были выданы все те алхимические боеприпасы⁈ Не для того ли, чтобы ты довёл в целости все три полка воинов⁈
— Простите, господин генерал, — понимая, что ярость Тараса Кровавого абсолютно оправдана, полковник Овцев не смел перечить, продолжая безуспешно оправдываться, — но это действительно так…
Прервав своего подчинённого, взбешённый генерал поднял его силой мысли под самый потолок и начал сдавливать его тело. Но, судя по неизменившемуся лицу Фёдора Овцева, его экзокостюм мог выдержать и более сильное воздействие телекинезом.
— То есть ты потерял целых два полностью укомплектованных полка солдат просто потому, что рой инсектоидов стал более агрессивным⁈ — цедя каждое слово, произнёс Тарас Кровавый, после чего ударил со всевозможной силой Овцева об пол. — Кажется, ты плохо понял, что означает приоритетное задание!
— Простите, господин генерал, — с трудом вдохнув воздух, ну или же искусно притворившись, что ему было тяжело, тихо произнёс полковник Овцев — но я всё же доставил капли крови Родословной…
Наверное, этого говорить точно не стоило. Тарас Кровавый словно обезумел.
— ДВЕ КАПЛИ, — прорычал он сквозь зубы. — ДВЕ КАПЛИ! А сколько ты, помёт нургла, должен был доставить⁈
Но ответа Тарас Кровавый не ждал, да и не важен он был ему уже. Силуэт генерала дрогнул в пространстве, и обе ноги полковника Овцева полетели прочь, но уже отдельно от тела. Через мгновение следом за ногами отправились и обе руки.
Уже много позже, когда Тарас Кровавый успокоился и мог мыслить более-менее рационально, он дополнительно провёл полный анализ произошедших событий с помощью своего искусственного интеллекта. И выводы были однозначны.