- В каждых скитаниях существует риск заблудиться[1]. Не уверен, что в тот момент понял его правильно. Наверное, он многое пережил. Только никогда об этом не рассказывал.
Я больше ни о чем не решилась спросить его в эту ночь. Особенно о том, что меня сейчас больше всего интересовала: как погиб наш отец? Почему в этом обвинили Тимура?
- Почему ты приехала? Почему именно сейчас? – похоже, в отличие от меня братец хотел разобраться во всем и сразу.
- Мне нужно было уехать из дома. Мне нужно было знать, что я не одна и у меня есть отец – человек, из моего детства. Я почти его не помню, - в тот момент я не лукавила, и практически ничего не скрывала. Вот только, вряд ли мой новообретенный брат будет рад, когда узнает кто я такая… что я такое. Не сейчас. Возможно, когда мы лучше узнаем друг друга и станем доверять. Хотя, вполне возможно, что так долго я не продержусь.
Внезапно накатила усталость, безумно захотелось спать. Просто спать, а не бояться. Глаза сами собой закрылись, рука свесилась с кровати, и совершенно не было сил ее поднять. Я снова оказалась во власти ночи и сна.
[1] Мирче Элиаде
Глава 4
За несколько недель до…
Время давно перевалило за полдень. Все вещи были разобраны, кое-что прямой дорогой отправилось на свалку, а я все еще не могла избавиться от чувства, что я что-то упускаю. Прошлое должно оставаться в прошлом, и, наверное, гордость и обида никогда не позволят мне отыскать отца. Но мысль – противная и въедливая не давала мне покоя: неужели я хуже других? Почему он нас бросил? Бросил меня?
Глаза снова наткнулись на письмо. Не знаю почему, но мне было трудно признаться себе самой в том, насколько сильно я хотела его прочитать. Колебания заняли не более нескольких минут. Отбросив тряпку, которой я вытирала пыль и, схватив пожелтевшее от времени письмо, я забралась с ногами на диван и принялась читать.
«Лидочка, родная моя! Долго не получал от тебя вестей. Как ты? Как наша Ленуся? Понравился ли ей тот мишка, что я прислал на ее день рождения? Поцелуй за меня нашу дочурку и передай, что ее рисунок я повесил рядом с кроватью, и каждый раз глядя на него мне хочется быть рядом с вами. Помнишь то лето в Одессе? Иногда мне снится море и то, как мы втроем бродили ночью по пляжу.
Прости меня, Лидочка, что не могу пока вернуться. Это было бы слишком опасно и для вас и для меня. Надеюсь, со временем и ты и Леночка меня поймете. С любовью папа.»
Папа… В этом письме было столько искренней любви и заботы, что я растерялась. Как такое могло произойти? Что заставило человека, без сомнения, любившего свою семью, бросить нас и начать новую жизнь. Может быть все это ложь? И на самом деле он просто искал себе оправдания? О какой опасности он говорил?
Я помнила того мишку, о котором папа писал в письме. Я получила его в подарок, когда мне исполнилось шесть лет. Но мама никогда не говорила мне, что он от отца. Почему? Столько вопросов, но я не уверена, что мать когда-либо ответила бы мне на них. Потому я старалась их не задавать, а, со временем приучить себя к мысли, что по-другому быть не может. Но ведь это не все… Было что-то еще, о чем я должна была помнить… что-то важное, жизненно важное… Что я знала или видела еще ребенком, но годы полностью стерли это из моей головы. Причина! Возможно, ее не так уж непросто узнать?
Внезапно захотелось выпить чего-то покрепче, чем кофе. Но в доме совершенно не было алкоголя, а выйти из дому просто потому, что хотелось напиться, было как-то мне не свойственно. Я и спиртное? Боже упаси! Это просто неприлично! Я рассеянно оглядела комнату, и взгляд тут же наткнулся на босоножки со сломанным каблуком. А вот выйти, чтобы выбросить старую обувь вполне достойная причина. Наслаждаясь подобным самообманом, и внушая себе, что беру кошелек на всякий случай, наскоро оделась, положила обувь в мусорный пакет и выбежала из дома.
***
Я резко открыла глаза, понимая, что сделала нечто ужасное. Я уснула! В незнакомом месте, в хижине с малознакомым парнем. Просто вырубилась от усталости! Ну как же так?
Не поворачивая голову, я постаралась незаметно покоситься на Тимура. Его постель была пуста, с улицы доносился щебет птиц, а сквозь полуоткрытое окно пробивались лучи яркого теплого солнышка.
Вскочив с постели, поспешила одеться, надеясь, что ночь для меня прошла спокойно, без эксцессов, и вышла из хижины. Не заметив по-близости Тимура, спустилась вниз к реке. Братец был там. Развалившись на песке, он загорал, судя по всему, получая удовольствие от жизни. Я бросила сверток с вещами, которые нужно было постирать, и присела рядом.