- Как спалось? – не открывая глаз, поинтересовался он.
- Прекрасно. Без снов, - ответила я, наблюдая, как Тимур лениво покусывает во рту травинку. – Как долго мы здесь пробудем?
- Скучаешь по шумному городу? – иронично спросил Тимур.
- С чего ты взял, что я из города? – спросила я, и только затем вспомнила, что у него была возможность изучить мой паспорт и прописку. Но совершенно неожиданно для меня паренек поспешил обосновать свою мысль:
- Не похожа ты на сельскую жительницу. Парик этот дурацкий, и вообще…
- Чувствуется богатый жизненный опыт, - поддела я его, и не дождавшись ответной реплики, немного расслабилась.
Было хорошо сидеть просто так, на берегу речки, под теплым летим солнышком. Особенно, если не думать о том, как сильно может осложниться наша жизнь, стоит лишь покинуть надежное укрытие и сделать неверный шаг.
За несколько недель до…
Как только я избавилась от босоножек, у меня на душе сразу же полегчало. С глаз долой из сердца вон! Теперь можно подумать и о развлечении. Может быть, даже пригласить к себе домой Иришку. В конце концов, мы подруги, а ей часто кажется, что я ее избегаю. Иногда ее подозрения справедливы.
Магазин с нужным мне… товаром находился через две остановки от моего дома, и я решилась пройтись пешком. День был замечательным: солнечным и безветренным. Куда-то делись ночные тревоги, на душе стало спокойнее и не так паскудно как обычно. Может быть, это все последствие письма? Неужели я действительно радуюсь, что мой отец меня любил, и что бы ни заставило его бросить нас с матерью, не забывал? По крайней мере, не сразу…
Не доходя нескольких метров до магазина, пришлось резко притормозить, чтобы не врезаться в толпу, собравшуюся на что-то поглазеть. Люди застыли перед лентой, ограждающей периметр между двумя домами. Там наблюдалось какое-то шевеление и суета.
- Черт, - в сердцах выдохнула я, когда громадный мужик, пятясь, со всей дури наступил мне на ногу. От боли на глазах тут же выступили слезы, захотелось на него заорать, назвать болваном и съездить чем-нибудь тяжелым. Но я как всегда сдержалась, лишь сжав кулаки и постаравшись втянуть побольше воздуха.
- Извините, - буркнул он, но встретившись с моим красноречивым взглядом, поспешил скрыться как можно быстрее.
- Ничего страшного, - ему вдогонку бросила я, понимая, что в последнее время сдерживать эмоции становится все труднее. Я полезна на освободившееся место, но смогла лишь увидеть милицейскую машину, нескольких людей в форме и двух человек в штатском. Они о чем-то говорили, но мне с такого расстояния было трудно что-либо разобрать.
Это место… я так часто здесь ходила, практически каждый день. Могла пройти по дороге с закрытыми глазами, зная каждую выбоину, каждую неровность асфальта. И даже не возможно предположить, что здесь могло произойти что-то ужасное.
- Новый жмурик, сто пудов, - произнес стоящий рядом со мной.
Я повернула голову к говорившему, тощему мужичку, лет пятидесяти с недокуренной сигаретой, которую он сжимал пальцами с пожелтевшими ногтями. Он же, в свою очередь, узрев свободные уши, поспешил донести до меня информацию, переизбыток которой явно читался в его глазах.
- Уже второй на этой неделе. Этого нашли утром, еще не успели увезти. Вон, видишь – слева?
Я невольно повернула голову в направлении, указанном словоохотливым собеседником, и тут взгляд наткнулся на мертвенно-бледную кисть, выбившуюся из-под сероватой простыни, которой был накрыт мертвец.
- А кровищи-то сколько было! Мама родная! Ножик прямо в сердце вошел – я сам видел, когда его еще не накрыли! – словно это был его личным достижением, мужичок гордо похлопал себя по груди и с удовольствием сплюнул на землю, судя по возмущенному возгласу откуда-то со стороны, попав в кого-то стоящего рядом.