Совершенно не обращая на мои слова внимания, похититель нетерпеливо поднял меня с пола и, взвалив на плечо, поспешил к лифту. Он шел быстро, не задумываясь о моей свесившейся вниз многострадальной голове, не обращая внимание на попытки взбрыкнуть и вырваться, предпринимаемые из чистого упрямства, без всякой надежды освободиться. Когда дверцы закрылись, мы оказались в ограниченном пространстве. Только страх, окончательно поселившийся во мне, не позволил овладеть панике и приступу клаустрофобии.
Поднимались мы недолго, лифт остановился, и широкие шаги похитителя эхом отражались от пола и разносились по длинному темному коридору. Снова дверь, щелчок выключателя, и комната озарилась светом. Он усадил меня на стул, а сам отошел, чтобы присесть на краешек стола.
- Где мы? – я растерянно огляделась, вот только глаза упрямо возвращались к сволочному типу, который чиркнув спичкой, закурил, не думая мне отвечать.
- Я спрашивала тебя… - после того, как я обозвала его сволочью, обращаться к типу на вы было бы даже странно.
- Я тебя слышу, - скривился тип, – не нужно повторяться. И вообще, лучше помолчи.
- Иначе что? Пристрелишь? – припомнила его угрозу.
- Может, и пристрелю, - он выдохнул струйку дыма, и с любопытством воззрился на меня. Слова не прозвучали как угроза, просто констатация факта. И этот факт меня тревожил.
- Зачем я тебе? У меня нет денег, с меня нечего взять, я неподходящий донор, и из меня получится хреновая сексуальная рабыня.
- Почему? – его голос был спокойным даже слегка равнодушным, но в глазах зажглись искорки смеха.
- Я ленивая – выдавила я, чувствуя, что наша беседа становится фарсом.
- Значит, найдем тебе другое применение – кивнул он и затушил окурок. Слез со стола подошел ко мне и нагнулся. Я отпрянула, практически впечатавшись в спинку стула, но его это не остановило. Придерживая меня за спину, он потянулся к моим связанным рукам и стал разматывать узел. Едва почувствовав, что больше не связана, я осторожно коснулась запястий.
- Скоро боль пройдет, - успокаивающе заметил похититель. Его забота выглядела довольно странно, а в нынешних обстоятельствах, нелепо.
- Что все это значит? – я сползла со стула, трезво рассудив, что лучше держаться от него подальше. Даже если он не выказывает агрессивности.
- Ты должна кое с кем встретиться, - он не делал попыток приблизиться ко мне, но стоял между мною и дверью, полностью лишая возможности сбежать.
- Отлично! Но зачем похищать? – возмутилась я, - достаточно было просто предложить и объяснить.
- Когда я предложил, ты отказалась, - он красноречиво приподнял бровь, словно напоминая обстоятельства нашей прошлой встречи, а особенно, ее окончание.
- Ты меня напугал, - теперь уже я присела на стол, готовая в любую минуту вскочить, оставляя между ним и мной как можно больше преград.
- Так и было задумано, - он сложил руки на груди, посмотрев на часы, словно кого-то ждал. Кого? Кто этот человек, ради которого меня выкрали из условно безопасного места и притащили сюда? Что-то внутри меня подсказывало, что встреча может изменить мою жизнь. Но куда уж больше? Неужели до меня добрались те самые люди из Конторы, о которых упоминал Алекс? Тогда понятно, почему я все еще жива. Если они, как и Ростовский, считают, что я Искатель, мне будет трудно уверить их в обратном.
- Задумано кем?
- Скоро узнаешь. И пожалуйста, не делай глупостей. Ты достаточно набегалась. Пора уже остановиться.
- Ты так говоришь, словно я сама виновата в своих проблемах, - мне было неприятно слышать его слова, я почувствовала себя уязвленной.
- Не стоило доводить до такого, - он достал из кармана свернутую бумажку и бросил ее мне. Она упала к моим ногам, и с осторожностью поглядывая на типа, я подняла ее с пола, уже зная, что это может быть, - ты не должна была светиться на месте преступления.
- Я не виновата. Я никого не убивала, - чувствуя, как слезы подступают к глазам, я постаралась вызвать у себя злость, не желая показывать, как угнетена и расстроена.
- Верю. Я верю, - не думаю, что он хотел меня успокоить. Может быть, просто решил предотвратить мою начинающуюся истерику. Напрасно, я не собиралась лить перед ним слезы и рвать на себе волосы, доказывая… что? Что бы я могла сказать в свое оправдание, - не забывай, что я следил за тобой.