Сегодня тренировке мешало присутствие в комнате одного индивида, сохранявшего полное молчание. Он облокотился на стол, лениво пожевывая спичку, был ненавязчив, но сильно раздражал. Один лишь его взгляд был способен вывести меня из себя. И хотя я говорила себе, что этому человеку я обязана жизнью отца, аутотренинг успеха не приносил. Марк иногда присутствовал на моих тренировках: не вмешиваясь, но и не спеша оставить в покое. Казалось, что он следит за мной. Наблюдает, возможно, докладывает отцу о моих провалах, и мысль об этом меня сильно раздражала. И однажды я не смогла удержаться:
- Какого черта ты обвинял меня в убийстве тех людей? И только не говори, что желание меня спасти заставило тебя влезть ко мне ночью и напугать до полусмерти.
- Правда? – его взгляд сфокусировался на мне.
- Что правда? – раздраженно переспросила я.
- Правда, что я напугал тебя до полусмерти?
И, похоже, несказанно этому рад. Или нет? Глядя на этого человека невозможно предположить, о чем он думает. Иногда казалось, что все его мысли отражаются у него на лице, но стоило заглянуть в глаза… Марк был не так прост, надеюсь, отец знал, что делал, когда доверился ему.
Он странно улыбнулся:
- Решил попугать, чтобы ты была посговорчивее. Мне было интересно, как ты будешь действовать в экстремальной ситуации.
- И как? Проверил? – тут уже я не удержалась, чтобы его не подколоть. Недостойно с моей стороны, но я никогда не была святой.
Он так на меня посмотрел, что желание беседовать пропало окончательно. Но все же…
– И может быть, скажешь, кто убийца?
- Понятие не имею. Я следил за тобой. На остальных мне плевать.
На этом он посчитал тему исчерпанной, и посоветовал мне не расслабляться, и продолжать занятие.
- У тебя никогда не получится пока ты не поверишь в то, что способна это сделать, - впервые Марк решил вмешаться с советом.
- Ты говоришь так, будто разбираешься в том, что я делаю, - не могла я его не поддеть. Со стороны это прозвучало несколько высокомерно, но Марк не обратил внимания на мой тон. Он его просто проигнорировал. Как и мои слова.
Он отстранился от стола и направился ко мне. Несколько секунд я боролась с желанием вскочить и убраться подальше, но заставила себя остаться на месте. Марк обошел меня и встал сзади на колени. Затем взял меня за плечи и слегка приподнял, чтобы я могла сесть поудобнее:
- Поза ничего не значит. Главное умение расслабиться и концентрировать мысли. Ты можешь лежать, сидеть или висеть вниз головой. Это неважно. Лишь бы, в конце концов, ты достигла нужного результата. Дыши! Глубоко, ровно. Так ты сможешь подавить волнение.
Его ладони оказалась на моих ребрах и животе.
- Вот так. Успокойся. Я тебя не съем.
Он слегка сдавливал и отпускал грудную клетку показывая, как я должна дышать. В его действиях не было попытки меня полапать, хотя в тот момент я готова была провалиться сквозь землю от неловкости. Неловкость перешла в замешательство, когда опираясь на палку в комнату вошел мой отец. Кивнув мне и Марку, он проковылял к потертому дивану и опустился в него, прислонив палку к стене.
- Надеюсь, я не очень помешал.
- Мы уже закончили, - я высвободилась из рук Марка и встала, чтобы поцеловать отца. Не видела его всего день, а уже жутко соскучилась.
Марк, привычно коротко кивнув отцу, молча, вышел из комнаты.
- Рад, что у вас все наладилось. Не хотелось бы заставлять тебя общаться с человеком, которого ты недолюбливаешь, - папа ласково погладил меня по голове. Ну прямо как маленькую. Мне захотелось по-детски фыркнуть и отстраниться, но в голову пришла мысль, что эту часть в детстве мне пришлось пропустить.