Выбрать главу

– Ты никого не заметил возле отеля? – невзначай начала я.

– Ты кого-то видела, - Марк сбросил отсутствующий вид и снова выглядел сосредоточенным и серьезным.

– Никого. Просто… мне показалось, что в номере был посторонний. Он пришел когда я была в ванной. Там остался след.

Марк вскочил и проследовал в ванную. Я решила оставаться на месте, чтобы ему не мешать. Вернувшись, он прошел к двери, исследуя пол, покрытый вытертым ковром. Я было запротестовала, когда он вышел из номера, но он не обратил на меня внимание. Отсутствовал около десяти минут, а когда вернулся, подошел к окну и долго всматривался в клумбу с цветами.

– Собирайся. Мы уезжаем отсюда. Сейчас! – слова были похожи на приказ, и я не стала возражать. В вопросах безопасности приходилось ему доверять. Помня в какой спешке мы покидали пристанище отца, мне бы не хотелось снова пережить нечто подобное.

– Что ты выяснил в городе? – заправляя футболку в джинсы, я решила не терять времени даром.

– Все говорят о том, что случилось. Оказывается, уже много лет на улице, где стояла больница, идет строительство метро. Здание частично провалилось в котлован. Считают, что его повредили подземные строительные работы.

– Какой ужас! Те люди могли бы все там погибнуть, - я теребила ремешок рюкзака, чтобы избавиться от жутких видений преследовавшей меня катастрофы.

– Но они живы. Благодаря тебе. Вот о чем ты должна думать. Все остальное неважно, - Марк произнес это как заклинание, и я мысленно его повторила. Легче не стало, лишь неспокойнее и тревожнее на душе. Нужно ли благодарить меня? Или ту силу, что позволила мне увидеть исход прошлой ночи? Нечто, что ворвалось в мои сны и заставило испытать и ощутить что-то чуждое.

– Куда мы теперь? – на улице сгущались сумерки, собирался дождь. Было страшно находиться в номере, где успел кто-то побывать. Но еще страшнее оказаться в грозу на дороге, мчась неизвестно куда.

– Подальше от этого города. Знаю, - предвосхищая мои возражения, продолжал Марк, - ты беспокоишься о брате. Но сейчас нужно думать о себе. К тому же, ты Искатель. Ты не смогла бы не почувствовать Странника, если бы он находился здесь.

– Думаешь, нас кто-то преследует? Они вычислили, где мы прячемся?

– Это мог бы сделать только один человек. Но он мертв, - успокоил меня Марк.

– Мертв? Кто бы мог нас найти? – нехорошие подозрения зашевелились внутри меня.

– Алекс. Я говорю об Алексе, если ты еще не поняла.

Марк подхватил свой рюкзак, схватил меня за руку и поволок из номера.

– Алекс Мертв? – тупо переспросила я. Почему-то мысль о том, что мой враг умер, оказалась менее болезненной, чем то, что он меня предал. Когда же мои приоритеты успели настолько сместиться?

– Да! – резко произнес Марк – плакать будешь потом.

Я хотела что-то ответить, но следующие событие начисто выбили у меня из головы все слова. Кто-то оторвал нас друг от друга, и я заметила, как две тени метнувшись к Марку, пытаясь его схватить. К ним присоединилась третья – высокая и мощная. Вскрикнув, я оказалась зажата в чьих-то руках, без малейшей возможности высвободиться. Захват был настолько сильным, что мне послышалось, как трещат мои ребра.

– Спокойно, злодейка. Не пытайся вырываться, иначе будет только хуже, - тихие слова, произнесенные мне на ухо, заставили побледнеть и замереть в этих безжалостных руках.

– Ты, - через силу выдавила я.

– Как видишь. Слухи о моей смерти оказались сильно преувеличены, - Алекс развернул меня лицом к себе и улыбнулся, - привет. Как поживала без меня?

Марк противостоял троим одновременно, а я ничем не могла ему помочь. Он дрался мастерски, но и люди Алекса были профессионалами. Когда один из них вынул резиновую дубинку, я закрыла глаза, понимая, что сейчас произойдет.

– Что делась с этим? – голос одного из нападавших заглушил стон и шум падения тела.

– Кончай его, - равнодушно бросил Алекс, и я закричала, видя как один из его сообщников достает пистолет с глушителем.

– Нет! Пожалуйста, не надо! – практически вцепившись в куртку Алекса, я испуганно смотрела ему в глаза, в которых равнодушие сменилось злобой. Но лишь на миг. Он моргнул, и они снова стали безмятежными.