Могу ли я поверить незнакомому парню, хоть и связанному со мной узами крови? Ведь и о нашем родстве я знаю только из его слов. Он явно жил в доме, принадлежащем моему отцу. Отцу, которого я не видела больше двадцати лет. Я ничего о нем не знала: с кем жил, что любил, почему, кроме старых писем от него не было никаких вестей? И, в конце концов, почему он меня бросил? Я охотно могла предположить, что у них с моей матерью жизнь не сложилась, но я была его дочерью. Он был мне нужен. А теперь уже слишком поздно – он мертв, и я никогда его не узнаю.
Парень сидел так же рядом, насвистывая какой-то мотивчик и покусывая травинку. Если он действительно мой брат…
– Как тебя зовут? – я встала и отряхнула брюки от пожухлых листьев.
– Тимур, - представился он.
– Кто были те люди, что обыскивали твой дом?
– Они не представились, - пожал Тимур плечами, - когда я удрал от ментов…
– Ты удрал? – я поперхнулась воздухом и несколько минут пыталась привести дыхание в норму, - но как? Как тебе это удалось?
– Меня как раз собрались отвести в город, но у них спустило колесо, и меня заперли у нашего участкового в кабинете. Там решетки на окнах, думали, что не сбегу. А участковый всегда поддатый, я у него ключ свистнул, ну и вышел почти без проблем.
- Почти?
- Мне вдогонку пару раз пальнули, но даже не задели, - с какой-то детской непосредственностью признался Тимур. Когда он совершенно искренне мне улыбнулся, его глаза засияли, лицо казалось красивым и одухотворенным. Ангел, чистый ангел!
– И что теперь? Тебя обвиняют в убийстве. Куда ты пойдешь?
– Пока в лесу отсижусь, - беззаботно ответил он. – Чуть дальше есть небольшая хижина, которую построили мы с отцом.
- А потом? Что будет потом? – настаивала я.
- Не знаю. Я так далеко не загадывал.
Я отошла от него, подставила лицо лучам заходящего солнца. Я не спала больше двух суток. Терпимо, можно выдержать. Вот только… Меня видели в деревне и эти типы в доме. Они явно что-то искали, и вряд ли уже нашли. Даже если предположить, что Тимур убил своего… нашего отца, откуда в его доме взялись два уголовных элемента? То, что это были отнюдь не представители правоохранительных органов не понял бы только слепой. Один их вид и методы говорили о многом. И кто, черт возьми, этот Родя, о котором они меня расспрашивали?
Снова покосившись на брата, я увидела, как его взгляд измелился. Он больше не выглядел беззаботным пареньком, а смотрел осторожно, выжидательно, словно подвергая меня какому-то известному ему одному испытанию. Тяжело выдохнув, я подошла к нему и взвалила на плечо рюкзак.
– Ну что, мы идем, или собираешься ночевать здесь, в лесу? – грубовато поинтересовалась у него.
- Идем куда?
- В твою хижину, - пояснила я, - ты ведь пригласишь составить тебя компанию?
Тусклая свеча освещала часть крохотной комнатушки. Кроме нее в хижине была кухня с печью и глубокий погреб. Прищурив глаза, и сжав трясущимися пальцами ножницы, я пыталась укоротить буйную шевелюру своего братца, попутно не отрезав ему уши. Он то и дело недовольно ворчал, судя по всему не слишком доверяя мне в этом тонком деле.
- Не вертись, - буркнула я, щелкнув ножницами у самой мочки. Парень напрягся и застыл. Так он просидел до самого окончания экзекуции, после чего облегченно вздохнул и поспешил покинуть неудобный табурет.
- Можешь полюбоваться, - предложила я, протягивая ему зеркало, - не так уж все и плохо. Дизайнерская стрижка. Эксклюзив, так сказать. Встретив его взгляд, потупилась и отошла подальше, не мешая брату наслаждаться «торжеством гламура» и изящества.
Почесав короткий ежик, Тимур тяжело вздохнул и опустил зеркало.
- Зато теперь тебя точно никто не узнает, - обидевшись, что мой труд оказался обесцененным, я нагнулась, чтобы собрать состриженные волосы в мусорный пакет.
- Теперь твоя очередь, - с нескрываемой усмешкой, братец подошел ко мне.
- С чего это? – я испуганно схватилась за парик, - мне и так хорошо.
- Не знаю, зачем ты здесь, вот только сомневаюсь, что нормальная девчонка напялит на себя эту штуку в такую жару. Ну, если только у нее нет стригущего лишая.