Он разбудил меня в восемь, полностью одетый и готовый ехать. Даже соизволил отвернуться, пока я одевалась, дал мне возможность посетить ванную и привести себя в порядок. Когда мы вышли из номера, на стоянке стояла единственная незнакомая мне машина, и мы направились к ней.
– Моей придется заняться всерьез, а у нас слишком мало времени, - он будто оправдывался.
– Все так серьезно? Ты мне ничего не объяснил.
– Извини. Я вел себя ночью как идиот. Был слишком зол и сорвался на тебе, - эти слова совершенно выбили меня из колеи, заставив чувствовать себя идиоткой. – У Конторы проблема. Пропал один из наших оперативников. Последний раз вышел на связь два дня назад. Сказал, что за ним кто-то следит. После этого тишина.
– Значит, мы ищем именно его?
– Да. Вся операция должна проходить в строгой секретности. Мы не знаем, что случилось. Поэтому лишь ты и я, без лишних людей и техники.
– Ты, чтобы найти человека живым, а я…
– На случай, если его больше нет, - закончил мою мысль Алекс. – Это может быть опасно, и я бы никогда не стал использовать тебя в подобной операции. Но наш оперативник что-то раскопал, что-то важное. Он один из тех, кто действовал на предупреждение. То есть, старался предотвратить преступление до того, как оно произойдет.
– Он экстрасенс?
– Немного, хотя всегда предпочитал считать себя человеком с прекрасной интуицией. Где он мог ошибиться, и над чем работать я не имею представления. Он владеет высшим уровнем доступа. Если его поймали наши враги, у них появится неограниченный источник информации о Конторе и ее служащих. Это тысячи людей. Тысячи жизней.
– Наша задача? – я действительно чувствовала себя глупо. Думать, что весь мир вращается вокруг меня, подозревать человека в попытке меня соблазнить на идиотских основаниях…
– Выяснить, что с ним произошло. Найти его, и дать знать особому отделу, если почувствуем опасность. Дальше это будет их работа. Я бы никогда не подверг тебя опасности.
– Ты уже это говорил, - напомнила я, думая о том, что он может расценивать мой ответ как захочет, – нам еще долго?
– Часа три, – был краткий ответ, и больше мы ни проронили ни слова до самого конца пути.
Крупный районный центр встретил нас базарной площадью и звоном церковных колоколов. Полуденная жара только началась, а мне уже хотелось холодной воды и комнаты с кондиционером.
– Ты его чувствуешь? – насторожилась я.
– Не так быстро, злодейка. Я действую иначе, - Алекс снова вернулся к насмешливому тону, и мне стало спокойнее. Привычка хорошее дело, и я привыкла видеть рядом с собой саркастичного Алекса, а не милого добряка.
– Вот, возьми, это Ромкино, - он протянул мне кольцо-печатку, - на всякий случай. Надеюсь все же, что не пригодится.
Наконец я узнала, как зовут пропавшего человека. Роман. Хотя, чтобы найти тело, мне не нужно было его имя. Лишь предмет, который бы образовал нашу с ним связь. Я обнаружила это, разыскивая Валеру Чернова. Вещи подростка, его комната, эмоции, что он испытывал, покидая ее, оставляли слишком глубокий след. Я не могла их не ощущать, и это помогло мне его спасти.
Мы медленно кружили по городу, начиная с окраин, и заканчивая центром. На это ушло много времени, но на кону стояла человеческая жизнь… Надеюсь, что человек был все еще жив. Алекс молчал, а я вертела в пальцах кольцо, представляя, что за человек его носил. Был ли он хорошим? Что он делал для Конторы? Алекс говорил, что он предупреждал преступления. Значит ли это, что каждый раз человек сталкивался с преступником, зная, что рано или поздно тот совершит. Каково это – видеть и знать то, что еще не произошло, и, возможно, не произойдет никогда, благодаря твоему участию. Может быть, в какой-то момент он почувствовал себя всесильным? Неуязвимым. Потерял осторожность, допустил ошибку? Мыслеобразы возникали в голове, сменяя один другой. Фантазия работала на полную катушку. Мне уже казалась, что я знаю этого человека, как родного. Все его мечты, желания ошибки и слабости проносились передо мной словно в калейдоскопе.
Я закрыла глаза, пытаясь контролировать вихрь мыслей, способный закрутить мое сознание. Чувствовала тошноту и головокружение, поэтому сопротивлялась с удвоенной силой. Нужно вычленить то, что мне нужно, и не поддаваться наплыву чужих мыслей. Тем более что они давно в прошлом. Их нет. Это всего лишь иллюзия, порожденная нашей минутной связью.