— Просто королева, — с натянутой улыбкой поправила я.
— Моя, — не согласился со мной тальден, отчего мне захотелось столкнуть его с кресла. А потом примирительно уточнил: — На этот вечер.
Ну главное, что не на всю жизнь.
Какое-то время мы молчали. Я старалась абстрагироваться от близости мужчины и делала вид, что меня в этой жизни не интересует ничего, кроме мозаичной росписи на стенах. Он лениво скользил взглядом по приглашенным, порой удостаивая им и меня, и тогда щеки начинали гореть. Никакая вуаль не спасала от этого пристального внимания.
Склонившись ко мне, тальден спросил:
— Нравится праздник?
— Обычный. — Я пожала плечами и, не сдержавшись, тоже поинтересовалась: — Почему вы носите маску?
— А вы вуаль?
Ну знаете ли.
Может, и правда не из наших краев? Или просто издевается.
Последнее было более вероятным, потому что глаза в прорезях маски, тьмою обтекавшей его лицо, сейчас искрились весельем. Или насмешкой.
— Если я появлюсь без вуали на людях, меня накажут.
— Надеюсь, вы от нее избавитесь, когда мы останемся наедине.
— А кто вам сказал, что мы останемся наедине?
— Я в своем праве, эсселин Анвэри, — с усмешкой заявили мне.
А как по мне, так не в своем уме. Раз позволяет себе разговаривать с алианой в таком тоне.
— Но сначала, — незнакомец расслабленно откинулся на спинку кресла, — будут чествования победителя и танцы. Надеюсь, вам нравится танцевать.
— Как вас зовут?
— Аман.
К нам приблизился слуга, в поклоне предлагая взять с подноса чеканные кубки.
— Аман? И все?
— А что вы еще хотите знать? — сделав глоток, лениво поинтересовался дракон.
— Кто вы? Откуда? Почему появились на ристалище в самый последний момент и… — Я замялась, прежде чем задать вопрос, который больше всего не давал мне покоя. — Почему выбрали меня?
— Вы слишком любознательны для своего возраста.
— А вы знаете мой возраст?
Аман подался ко мне и, прежде чем я успела понять, что он задумал, взял мою руку в свою и прижался к ней губами. Испуганно оглянувшись на гостей, я выдернула плененные наглецом-драконом пальцы и прошипела:
— Да что вы себе позволяете?!
Кожа в том месте, где клеймом отпечаталось прикосновение его губ, горела, и этот жар прокатывался по всему телу. Словно несколько секунд назад я глотнула не вина, а обжигающего огня. Горела я вся под взглядом незнакомца, этого Амана, изучавшего меня с видом коневода, выбирающего для себя племенную кобылу.
— Ничего, что было бы вам неприятно. — Мужчина коротко улыбнулся. — И да, Риан, я знаю о вас все.
После его ответов вопросов стало еще больше, и появилось желание сбежать от Огненного на край Адальфивы.
Продолжить знакомство нам не дали, и, наверное, к счастью. Слово взял правитель, и гости тотчас замерли там, где стояли. Смолкли голоса, взгляды всех собравшихся обратились к его светлейшеству.
— Наш несокрушимый рыцарь попросил не называть его имени, — зазвучал под сводами зала сильный голос правителя, — но я рад, что сын… — Он замолчал и улыбнулся, сделав вид, словно едва не обмолвился. — Я рад, что победителем стал потомок славного древнего рода Огненных!
Тут уж придворные не выдержали и возбужденно загомонили. Уверена, многие из них готовы были отвалить не одну горсть золота, лишь бы узнать, чей именно отпрыск осчастливил своим появлением нашу столицу.
После приветствия его светлейшества последовали тосты: за правителя, за победителя, за процветание Рассветного королевства. При дворе пили много, но Аман после каждого тоста лишь пригубливал вино, да и я тоже никогда не была поклонницей подобных напитков.
Когда с торжественными речами и тостами было покончено, настало время развлекательной программы.
— Потанцуйте со мной, Риан. — Аман поднялся и протянул мне руку.
— Лучше я здесь посижу. — Я с опаской покосилась на широкую ладонь дракона, не имея ни малейшего желания к ней прикасаться. — Что-то неважно себя чувствую и…
Я приглушенно ойкнула. Кресло подо мной вдруг самым бессовестным образом начало нагреваться. Ума не приложу, как такое вообще возможно, я ведь сидела не на печи. Однако почувствовав, как жар жалит меня в одно место, вскочила на ноги, борясь с желанием хорошенько это самое место потереть.
— Вижу, вам уже лучше, — расплылся в улыбке Огненный.
— Вы издеваетесь?!
Опасливо оглянулась, но нет: алый бархат не горел и даже не тлел, а оплетавшие трон цветы и не думали увядать.