В течение недели на больном ребенке я применила единственное известное мне лекарственное средство. Называется трудотерапия. Исхак научился мыть посуду, полы, протирать пыль, стричь газон, мастерить будку для собаки... Короче говоря, освоил много всяких полезных в жизни опций. В первые два дня это вызывало волну негодования в подростке. Но потом, видя мою непоколебимость, и отсутствие защиты от мамы, он смирился. Я бы сказала, начал получать удовольствие от процесса. Мальчишка оказался вполне сообразительным. Он хорошо говорил на английском, французском, польском, неплохо пел и в целом был разносторонне развит. Не смотря на особое отношение к матери Искхака, с ним мы в итоге подружились. Васима, за это время тоже изменилась. На третий день она решала принять участи в приготовлении обеда. Это был первый раз, когда я ощутила, как меняется аура в доме. Понемногу, разгорается разными красками, наполняется теплом.
- Вот бы тебе и мужа моего отдать на перевоспитание. А то он совсем про меня забыл. - Однажды вечером сказала мне хозяйка дома.
Мы сидели в саду, с чашкой невероятно ароматного чая и смотрели на закат. Я вздохнула. Похоже, я выбрала не ту профессию. Нужно было в семейные психотерапевты идти.
- Я тебе тут не помощник.
- Ну с сыном же справилась. - Я ухмыльнулась.
- Тебе нужен не воспитатель, а тренер по фитнесу и диетолог.
Она громко засмеялась. Как будто вместо чая пила мартини. Или, что там принято пить у благородных дам?
- Какой фитнес? Я же уже не девочка! - Васима положила ноги на низкий пуф. - У меня сын, муж, дом. Эти женские штучки оставь молоденьким вертихвосткам.
- Ну, от того, что у тебя появился ребенок, твой муж не перестал быть мужчиной. Да и упругий зад еще ни одной матери не мешал.
Остаток вечера мы провели в приятной тишине. Каким-то шестым чувством я ощущала, что смогла пробить самую главную, болевую точку этой женщины. И знала, что это пойдет ей на пользу.
Так, в атмосфере гармонии и счастья мы прожили целую неделю. До окончания моего отпуска.
Странный эпизод произошел в мой последний день пребывания в особняке. Дум жил своей размеренной жизнью. На кухне Васима с сыном украшали торт. Толстый повар из Италии громко раздавал им рекомендации по раскатыванию мастики и украшениям. Иногда раздавался громкий смех. Я собирала вещи в спальне. Улыбалась, ловя себя на мысли, что невольно поселила в этом доме атмосферу любви. В этот момент в спальню вошла невысокая пожилая женщина. Раньше я ее в доме не видела. Но, так как здесь довольно много прислуги, да и всех членов семьи я не знаю, появление бабули меня ничуть не испугало. На женщине было надето светлое платье, туфли на низком ходу, волосы уложены в аккуратную прическу. Веяло от гостьи каким-то теплом. Почему-то, в тот момент я подумала, что пахнуть от нее должно было пирогами. С вишней.
- Здравствуйте.
Я не была уверена в том, что она знает английский, но мама учила всегда здороваться со старшими. Женщина ничего не ответила. Внимательно посмотрела на меня, дотронулась до щеки и растворилась в воздухе. Я ошарашено смотрела на пустой дверной проем. На щеке остался легкий холодок. Я ущипнула себя за руку. Ничего не изменилось. Дверь осталась пустой. И поразмыслив пару минут, я твердо решила, что это мне померещилось на нервной почве. Уже внизу я увидела фотографию таинственной гостьи. Рамка стояла в углу. Не удивительно, что я ее не заметила раньше.
- Кто это? – Спросила я у Исхака.
- Папина бабушка. Она умерла много лет назад. Еще до моего рождения. Папа говорит, она пекла лучшие пироги в его жизни. - От этих слов по моей спине прошел легкий, мерзкий холодок. Но, я сумела взять себя в руки.
Мое посещение было решено сохранить в тайне от отца семейства. Васима пообещала перевести на мой счет кругленькую сумму за помощь и молчание. Потому что влиятельному семейству не пристало пользоваться услугами таких как я. Я не стала возражать. И все бы шло по плану, если бы Исхак не докладывал отцу обо всем, что происходило в доме все это время.
Спустя две недели я получила письмо. В нем, образцовым медицинским почерком были написаны слова благодарности, заверения в том, что мальчик себя чувствует замечательно, и особая благодарность за перемены в Васиме. Внизу письма прилагалось вежливое приглашение посетить их гостеприимный дом. Я нашла это приглашение формальностью и благополучно забыла. И вот теперь я снова держу в руках письмо. Правда, не с благодарностью. А с вполне себе коммерческим предложением. Не знаю, с чего это Абу решил порекомендовать мои услуги своим друзьям. Да и специфика не моя. Но, та самая знаменитая ведьма утверждала, что у меня все получится.