К черту.
Отогнав мысли об Атлас, я отключился от них и подключил сканер к белому порту под рулем. Я не собирался втискивать себя в неподходящую кожу только для того, чтобы трахнуть одну девушку. На свете было слишком много подходящих кисок, чтобы я стал возиться с такой капризной.
Я не знал, что привело Атлас сюда, но мне не нужна была история её жизни, чтобы понять, что она находится под защитой. Если я прикоснусь к ней, то погублю её. В этом не было никаких сомнений.
Через час, закончив с «Фордом» и всё ещё думая об этой проклятой девчонке, я покинул свой пост и направился наверх, в кабинет Джорена. Он сидел за своим столом и просматривал новые поступившие заявки.
Помимо того, что он был совладельцем компании, он был ещё и начальником цеха, а поскольку его симпатичная задница не любила пачкать руки так часто, конфликта интересов не было.
— Мне нужна работа, — сказал я ему без предисловий. — Дай мне самую тяжелую в стопке.
— Хм…
Я нетерпеливо ждал, пока он пролистывал заявки.
— Только что пришла заявка о возможной замене двигателя, но я уже пообещал её Джерри. Ему нужна практика.
— В пизду Джерри. Дай ему комиссию, а я отремонтирую.
Джорен сделал паузу, поскольку я никогда не отказывался от денег, но мне нужно было отвлечься, прежде чем я закончу начатое ранее и затащу нашу новую секретаршу в ближайший темный угол.
Теперь, когда безумие улеглось и я стал мыслить здраво, я понял, что ни при каких обстоятельствах этого не может произойти. Атлас теперь работала на меня, и трах с сотрудниками шел вразрез с кодексом, который Джорен, Рок, Голден и я единогласно приняли, когда только открывали бизнес.
Это было правило, которое ещё ни разу не было нарушено.
За одно утро одна простодушная девятнадцатилетняя девушка сделала меня неспособным к рациональному мышлению. Атлас бросила меня на совершенно неизведанную территорию, и, черт побери, если это не заинтриговало ещё больше. Я не мог выбросить из головы образ моей крови на её очаровательном ротике и её дикого взгляда, устремлённого на меня.
— Круто, — согласился Джорен и протянул мне бумаги.
Было видно, что он хочет задать вопросы, но я выхватил у него папку и ключи и покинул кабинет раньше, чем он успел это сделать. Я вернулся в мастерскую, и, к счастью, Атлас нигде не было. Рок стоял за стойкой регистрации и флиртовал с одной из клиенток, ожидавших регистрации, что означало, что Тьюсдей, должно быть, проводила для Атлас экскурсию.
В «Гордости королей» было четыре этажа, включая подвал, где мы хранили инвентарь. Мастерская находилась на первом этаже, офисы — на втором, а весь третий этаж представлял собой одну большую комнату, которую мы использовали для официальных встреч и случайных вечеринок.
Думаю, в каком-то смысле мы ещё не до конца отпустили свое прошлое.
Выйдя на улицу, я заметил, что Миллер, должно быть, либо пришел в себя, либо кто-то оторвал его задницу от земли, поэтому я позвонил в эвакуаторную компанию, которую мы постоянно обслуживали, чтобы они прицепили багажник к его машине на случай, если пинки по заднице не вбили в него достаточно разума.
Я нашел «Киа Форте», над которой предстояло работать, и отбуксировал её внутрь. Загнав её на свой участок, я подозвал Джерри и проигнорировал завистливые взгляды остальных.
Получить шанс стать моей тенью и поучиться у меня было редкостью. Чаще всего я отклонял их просьбы, потому что терпение было добродетелью, которая отсутствовала у меня, и я не мог обещать, что не сверну им шею, если оно закончится.
Пусть они катаются на члене Джорена или Рока.
Голден был так же ужасен, только он наотрез отказывался разговаривать, если вы ему не знакомы или не нравились. У него было то, что профессионалы назвали бы селективным мутизмом (прим. — отсутствие речевого общения при сохранности речевого аппарата). Поскольку лишь немногие представители человечества попадали в эту категорию, гораздо проще было объяснить, что он просто немой.
На меня упала тень, когда я садился на водительское сиденье машины, а когда поднял глаза, то обнаружил, что Голден завис у пассажирской двери. Джерри понял намек и отошел, чтобы оставить нас наедине.
Вздохнув, я проигнорировал своего партнера и вставил ключ в замок зажигания, поворачивая его до тех пор, пока машина не завелась с неохотой.
— Не сейчас, Джи.
— Ты не видишь этого, да? — прошептал он, голос был осипшим от непривычки.
— Что не вижу? — я всё ещё не смотрел ему в глаза, пока подключал к машине ручной сканер, чтобы просмотреть многочисленные системы «Киа». В мире нет человека, которого бы я боялся, но иногда я задумывался, не помогает ли мутизм Голдена видеть больше, чем большинству, — больше, чем ты хочешь.