Края фотографии были помяты, изображение выцвело, но я все ещё могла почти разобрать все детали улыбок пяти подростков, застывших во времени. Они позировали, одетые во всё лучшее — от Шона Джина, «Рокауэр» и «ФУБУ», — в то время как на ветхой фабрике позади них бушевала вечеринка.
Ни один из них не выглядел старше шестнадцати.
Я сосредоточилась на мальчике слева, который обладал той же аурой, что и мужчина из окна, только он не хмурился, а застенчиво улыбался. На фотографии вместо дредов у него были короткие вьющиеся волосы, а вместо крепкой челюсти и бороды — детское лицо. Но самым очевидным свидетельством того, что прошло двадцать лет, было то, как хорошо он теперь выглядел в своей футболке. Мускулы на его руках рельефно выделялись на фоне белого хлопка — в отличие от того красного материала, в который он был одет на фотографии, делая его карликом.
В тот момент я осознала, что нашла одного из Королей.
Задумчивый механик передо мной был тем застенчивым подростком с фотографии, только гораздо старше, но я была абсолютно уверена в этом.
По какой-то причине это знание вызывало у меня скорее грусть и сожаление, чем триумф. Я догадывалась, почему, прослеживая изгибы его некогда невинного лица.
В конце концов, он уже не тот.
Его корона света теперь не была такой яркой, как двадцать лет назад. Кто-то или что-то приглушило его.
Мой печальный вздох вырвался в холодный воздух и исчез на ветру, и я убрала фотографию в карман, не глядя на остальных. В этом не было необходимости. С тех пор как я получила фотографию, то каждую ночь вглядывалась в их лица.
Я точно знала, которого из королей нашла.
От скрипа тормозов, возвестившего о прибытии городского автобуса, я чуть не выпрыгнула из кожи, когда он остановился передо мной. Я лишь качнула головой в сторону водителя, и он нажал на газ, чтобы продолжить движение. Как только автобус перестал загораживать мне обзор, мой взгляд вернулся к окну и мужчине в нём.
Я втянула воздух, когда мой желудок опустился, а земля как будто исчезла из-под ног.
Механик теперь наблюдал за мной.
Судя по тому, как он удобно устроился — прижался плечом к одному из многочисленных оконных стекол, — похоже, он всё это время знал обо мне и ждал момента, когда я ослаблю бдительность.
Я не дышала. Не моргала. Просто замерла, как манекен со страхом смерти, а он открыто ждал, что я буду делать теперь, когда меня поймали. В его выражении лица не было ничего, что могло бы подсказать мне. Ни враждебности, ни паранойи, ни любопытства. Просто невозмутимое терпение, чтобы я решилась.
И я решилась.
С большим изяществом и невозмутимостью, которыми обладала, я повернулась и ушла.
На Темперанс-стрит почти ничего не осталось. Пандемия сильно ударила по экономике, вынудив большинство предприятий закрыться. Наконец-то мы миновали худшее, вернувшись к некоему подобию нормальной жизни. На этой крошечной улочке на окраине Мидтауна остались только «Гордость королей», карибское кафе, ресторан морской кухни, парикмахерская, винный магазин, круглосуточный магазин и автомойка. Остальные здания были безрадостно пусты.
Я зашла в почти пустое кафе, и хозяйка сразу же усадила меня. Когда подошла официантка, представившаяся Танишей, и попыталась вручить мне меню, я отказалась и попросила вместо этого стакан воды. Она сделала паузу, видимо, поняв, что у меня нет денег, а потом закатила глаза и ушла за водой.
Оставшись в одиночестве, я выдохнула и уставилась на отвратительную коричневую столешницу, молясь Богу, чтобы не упустить свой шанс.
Тебе солгали.
Найди «Гордость королей».
— Вот, пожалуйста, — официантка резко поставила передо мной воду, отчего большая её часть пролилась на стол. Не успела я взглянуть на сучку, как колокольчик над дверью зазвенел, и мы обе отвлеклись, наблюдая, как двое самых прекрасных мужчин, которых я когда-либо видела, уверенно входят в заведение, словно оно им принадлежит.
Вот черт.
Сразу же узнав одного из них, я сползла ещё ниже в кабинке.
У моей официантки была противоположная и, вероятно, нормальная реакция. Таниша начала прихорашиваться.
Конечно же, во главе стаи был сам мистер Грозная Голова.
Голден Буассо.
— Привет, Голден! Привет, Рок! — приветствовала их дружелюбная официантка, подбегая к ним. Это было довольно комично, поскольку её рост не превышал пять футов три дюйма (прим. 160 см), а оба мужчины были гораздо выше шести футов (прим. 182 см). Это зрелище напомнило мне маленькую собачку, которая прыгает, тявкает и бегает вокруг твоих ног в поисках внимания, когда ты приходишь домой.