– Ты уверена, что нам необходимо навестить этого психа? – насторожился Маркус.
– У него есть оружие, способное ослабить оборотней, нам это пригодится. Серафим станет моим рабом, выполнит все, что ему будет велено, – зловеще сказала Мэл.
– Сомневаюсь, что такой, как он станет рабом, – хмыкнул Маркус.
– У него есть слабость, этим я и воспользуюсь, – заявила она, оскалившись.
Мэл практически не принимала облик человека, передвигалась на четырех лапах, могла общаться на древнем языке с оборотнями, поэтому мне не удавалось вытеснить ее. Лишь когда она принимала облик человека, у меня получалось вернуть контроль над телом всего на несколько минут. Она это поняла, поэтому старалась не менять ипостась.
Стая Одди заметно увеличилась, но уступала численности стаи Мэл. Я догадалась, что любимому выделил бойцов Николаус. Когда оборотни подошли ближе, Мэл уже была готова к атаке. Мне хотелось зажмуриться, лишь бы не видеть бой. Вот только не могла этого сделать. Я, как призрак, присутствовала рядом. Увидев белоснежного волка, дыхание перехватило. Одди был совсем рядом, но в тоже время недосягаем для меня. Он сражался не жалея сил, пытался пробиться ближе ко мне. Вот только полукровки и Маркус защищали Мэл.
– Зря ты пришел, – сказала она, обратившись к моему любимому, зная, что он расслышит ее, ведь у оборотней хороший слух.
Белый волк замер, навострил уши. В его глазах блеснуло что-то опасное. Любимый не собирался сдаваться, прибыл сюда с одной целью – вернуть меня любой ценой.
– Одди, забирай бойцов и проваливай, – услышала я голос Маркуса.
Мой родственник принял облик человека, чтобы сказать эти слова. Зачем он так рисковал? Боялся, что мне навредят?
– Мэл очень сильная, вам не одолеть ее! – заявил Маркус.
– Прикройте! – услышала я крик Актазара.
Он, став человеком, направился в мою сторону, зажимая в руке нож из черного стекла. Мэл довольно рыкнула. Актазар решил воспользоваться оружием, которое способно убить Мэл. Полукровку прикрывали со всех сторон, расчищая ему путь.
– Обезоружьте, но не убивайте, – отдала она приказ воинам.
Оборотни, которые стояли рядом с Мэл и не участвовали в битве, ринулись в атаку. Моя душа кричала и обливалась кровью всякий раз, когда видела, как на части разрывали волков из стаи Одди. Актазару не удалось подобраться ближе, его атаковали, прижали к земле, заковали в цепи. Он дергался, пытался вырваться, но его надежно удерживали на месте.
Я с ужасом смотрела на то, как стая Одди несла потери.
«Умоляю! Не убивай их!», – завопила я с отчаянием.
Если бы могла плакать, то уже бы слезы текли по щекам. Мэл не обращала на мои крики внимания, она направилась к Одди, которого пытались удержать на месте десять оборотней.
– Я бы уже перегрызла тебе глотку, но пока в моем теле заперта еще одна душа, не хочу слышать ее истошные крики по поводу утраты, это будет меня отвлекать, – заявила Мэл, глядя в глаза Одди.
Я так надеялась, что она примет облик человека, я бы попыталась вернуть контроль над телом, но второе эго так и передвигалось на четырех лапах.
– Лисса, борись! Лишь тебе под силу одолеть ее! Не сдавайся ради нас! – строго сказал Одди, а я завыла от отчаяния.
Как? Как мне одолеть душу, которая в разы сильнее? У Мэл нет слабостей!
– Лисса слишком слаба. Она не справится. Без зелья ей не одолеть меня. Забирай выживших волков и проваливай подальше отсюда. Если еще раз приблизишься, я уничтожу всех до единого, оставлю тебя без стаи. Ты станешь слабым и таким же никчемным, как и Маркус, – зловеще проговорила Мэл.
Ни один мускул на лице Одди не дрогнул.
– Пока я жив, буду до последнего вздоха бороться за Лиссу, – ответил он.
Его слова наполнили меня надеждой, согрели изнутри, невольно почувствовала приток силы. Мэл приглушенно зарычала, оскалилась, пытаясь удержать контроль над телом.
– Значит, буду лишать тебя самых родных, раз до тебя не доходит, – рыкнула она и перевела взгляд на Хэри.
У Одди краска отлила от лица. Он понял, что она задумала.
«Нет! Умоляю!» – завопила я.
Ужас и паника окутали душу. Любимый дернулся, чтобы остановить Мэл, вырвался из плена, заслонил собой брата.
– Лисса, ты не виновата, – сказал он одними губами, адресуя эти слова мне. – Мэл, я тебя услышал. Мы уйдем. Отпусти Актазара.
– Актазар теперь мой. А посмеешь приблизиться, без головы останутся все, кто тебе дорог, – пригрозила Мэл. – В следующий раз умрет Хэри.
– Я тебя уничтожу, – зарычал Одди так зловеще, что у Мэл невольно сердце замерло в груди, но вида она не подала.
– Не забывай, волк, убив меня, исчезнет и твоя любимая. Я – твоя слабость, – спокойно ответила она, развернулась и отдала приказ своим воинам. – Убейте пленных, чтобы Одди понял, что я не шутила. Выдвигаемся в путь!