Однажды утром мне резко стало плохо. Голова кружилась, а жажда была такой невыносимой, что с трудом удалось сохранить ясность ума. Одди мгновенно оказался рядом. Увел меня подальше в лес, чтобы я ненароком не напала на членов своей стаи. Я загрызла пять оленей, но голод не исчез. Буквально через пару дней меня снова тянуло на охоту. Человеческая пища не приживалась. Меня выворачивало от нее наизнанку. Насыщение приходило, когда убивала хищников и ела их мясо. Любимый очень за меня переживал. Отвел к Авроре. Она нас выслушала, а потом искренне улыбнулась. В ее глазах вспыхнули озорные огоньки.
– Подействовало, – загадочно проговорила она.
– Аврора, ты меня вообще слышишь? – злился Одди, сжав кулаки до хруста. – С Мелиссой что-то происходит. Вдруг ее кто-то отравил? Может, какая-то новая хворь? Помоги! Ты же разбираешься во всем этом. Почему ты улыбаешься?
– Все с твоей волчицей нормально, – небрежно махнула она рукой.
Я зажала рукой нос, боролась с приступом тошноты. В доме знахарки воняло травами. Почему раньше меня этот запах не раздражал?
– Ты издеваешься? – рыкнул Одди.
– Значит, лишь мясо хищников усваивается? – еще раз спросила Аврора, на что я кивнула.
– Что же, тогда поздравляю вас. Скоро вы станете родителями для нового альфы, – заявила она.
Мы с Одди замерли от шока, смотрели на Аврору и не моргали. Эта новость оглушила нас.
– Недавно я сделала новый отвар, который по моим расчётам должен был вернуть Мелиссе способность к зачатию. Подействовало, – улыбнулась Аврора.
Я не сдержала слез радости, бросилась в объятия подруги.
– Одди, она носит альфу, а таки дети требуют очень много свежего мяса именно хищных животных. Будь всегда рядом с Лиссой. Не забывай, что она полукровка, ей подходит мясо и оборотней. Не позволяй ей голодать. Когда малыш окрепнет, жажда уйдет. А пока следи, чтобы Лисса ненароком не съела кого-нибудь из стаи, – строго проговорила Аврора.
– Не сомневайся. Я позабочусь о ней, – кивнул Одди и крепко меня обнял.
Четыре года спустя.
Я сидела на поваленном бревне и наблюдала за Одди. Он ловко двигался по поляне, быстро переставляя ноги, держа в руках меч.
– Давай. Удар. Поворот. Выпад. Еще удар, – командовал он.
– Папа, – так нечестно. – Эйвилин ты поддаешься, а мне нет.
– Рейн, ты же мужчина. Ты будущий альфа. Тебе предстоит защищать не только свою стаю, но и Эйвилин, – строго сказал Одди.
– Я тоже хочу быть сильным воином, – возразила дочка.
– Девочки созданы для любви, а не для войны, – заявил Рейн, гордо вздернув подбородок.
– Мы с тобой родились в один день, так что я тоже могу быть альфой, – Эйвилин показала язык своему брату.
– Дорогая, альфами могут стать только мальчики. Но у тебя есть могущество, которого нет у твоего брата, – подмигнул ей Одди.
– Какое? – в черных глазах загорелся неподдельный интерес.
– Ты склонишь к своим ногам любого сильного мужчину одним лишь взглядом. Ты родилась очень красивой и сильной, – заверил Одди, а я улыбнулась.
Дети были очень похожи на своего отца. Такие же черноглазые.
Я подошла к любимому волку и обняла его. Чувствовала себя самой счастливой на Агарте. Одди сорвал с моих губ легкий поцелуй, а дети наморщили носы и рассмеялись.
– Спасибо тебе за эту жизнь, – прошептала на ухо любимому.
– Не жалеешь, что по моей вине стала оборотнем? – лукаво прищурился он.
– Нет. Я благодарна судьбе за то, что она свела нас вместе, – призналась я. – Теперь я вижу, что жизнь оборотней и людей не сильно отличается. Я счастлива рядом с тобой и детьми.
– А я счастлив рядом с тобой, – проговорил он и поцеловал меня так, что душа затрепетала.
Рядом с этим волком чувствовала себя как за каменной стеной. Сильный. Справедливый. Красивый. Добрый. И только мой. Он оберегал и заботился обо мне и детях. Смотрела на других волков из стаи и понимала, что мне достался самый лучший оборотень на Агарте. И я не переставала благодарить Всевышнего за то, что даже такой, как я, он даровал счастье. Я поняла одну простую истину за эти годы. Наш дом там – где мы обретаем душевный покой и умиротворение. Не все рождаются храбрыми героями. Но все заслуживают счастья.
Конец.