– Вот все, что удалось найти. Переоденься и готовься к дороге. Когда стемнеет, сделаем привал в лесу, – без эмоций проговорил вожак, протянув мне стопку вещей.
Я приняла из его рук одежду, случайно прикоснулась к его коже пальцами и в жар бросило. У меня сердце разогналось с невероятной скоростью, вместо крови текло что-то жгучее. У нас обоих дыхание стало тяжелым, а воздух казался осязаемым. Интуитивно чувствовала, что вожака тянуло ко мне, хоть он и пытался это скрыть. Какие-то невидимые нити стягивали нас.
Смотрела на Одди, не моргая, и умирала. Безумно хотелось прижаться к нему, вновь ощутить вкус его губ. Он на несколько секунд задержал взгляд на моих приоткрытых губах, а потом притянул к себе и поцеловал. Я не удержала стон наслаждения. Вожак прижал меня к стене, покрывая жадными поцелуями шею и ключицу. Я таяла в этих объятиях.
– Одди, – выдохнула я. – В моей жизни еще не было мужчины, – призналась, нервно прикусывала свою нижнюю губу.
Одди зарычал и сильнее прижался ко мне, в его глазах читался безумный голод и всепоглощающий огонь страсти. У меня сердце билось о ребра, а воздуха не хватало. Впервые испытывала такие яркие, сильные эмоции. Казалось, что сердце не выдержит и разорвется. Впервые мужчина прикасался ко мне так смело, дерзко, но в то же время бережно и нежно. Оторвавшись от моих губ, любимый спустился ниже, оставляя на моей коже пылающие следы. Целовал грудь, проложил дорожку из поцелуев к пупку, вычерчивая языком узоры на моей коже. Вожак ласкал меня языком и руками откровенно, беззастенчиво и умопомрачительно. Все тяжелые мысли вмиг улетучились из моей головы. Никогда бы не подумала, что позволю мужчине вытворять со мной такие вещи. Наслаждение нарастало волнами и, достигнув пика, разорвалось оглушительной вспышкой. Я застонала. К щекам прилила краска. Ошарашено смотрела в янтарные глаза вожака. Даже не догадывалась о том, что может быть так хорошо рядом с любимым мужчиной.
Вожак улыбнулся, а я, как зачарованная, любовалась этим крепким и сильным оборотнем.
– Кажется, я влюбилась, – слетело с моих губ до того, как успела осознать, что произнесла это вслух.
– Лисса, – выдохнул Одди и поцеловал меня с жадностью. – Обычно полукровки любят лишь себя, они даже от собственных детей отказываются ради власти и свободы. Тому пример Маркус, из-за которого шла несколько лет война. Поэтому оборотни всегда истребляли таких, как ты и Актазар. Полукровки слишком непредсказуемы и опасны. И лишь немногие способны на привязанность. Если ты действительно испытываешь ко мне чувства, значит, у нас есть шанс на совместное будущее. Я помогу тебе выжить в стае, если признаешь меня своей парой.
– Я хочу быть только с тобой, – ответила, утонув в омуте черных глаз.
Вожак прижал меня к себе, покрывал мои губы, шею нетерпеливыми, горячими, напористыми поцелуями, разжигая новый пожар в моих венах. Я хотела принадлежать этому мужчине, обрести новую семью.
«Этот волк мне не подходит!» – зарычала Мэл.
Я ощутила, как вторая душа вытеснила меня. Только не это!
Мэл с силой оттолкнула от себя Одди и зарычала. Вожак прищурился, внимательно смотрел ей в глаза.
– Не прикасайся ко мне, – злобно выплюнула она. – Моей парой будет Актазар. Он станет отцом для моих волчат, а не ты!
Заметила жгучую ревность в глазах вожака, на его скулах заходили желваки.
– Мэл, я сделаю все, чтоб в этом теле жила душа Лиссы, а не ты, – заявил Одди.
– Лучше не вставай у меня на пути, волк, иначе пожалеешь, – злобно процедила сквозь стиснутые зубы.
– Я не позволю Актазару стать твоей парой. Ваш союз опасен. Я не допущу, чтобы на свет появились первородные волчата, – предупредил вожак.
Мэл рассмеялась, а потом смерила Одди презрительным взглядом.
– Волк, ты не представляешь, на что я способна. Тебе не остановить меня. Ведь убив меня, уничтожишь и Лиссу, а эта душа влюбилась в тебя по уши. Ничего. Я разрушу вашу связь, ты возненавидишь меня и больше не приблизишься. Лисса будет страдать, корчиться от потерянной любви, так мне будет проще вытеснить ее душу из этого тела навсегда, – рассмеялась Мэл.
Мне стало дурно от ее слов.
«Прошу, не убивай Одди», – мысленно умоляла чудовище.
«Я его убивать не стану. Слишком просто. Я сделаю так, что этот волк будет смотреть на тебя с отвращением и ненавистью. Это причинит тебе муку, ты начнешь терять смысл в жизни, и тогда я тебя уничтожу», – зловеще проговорила Мэл.
– Лисса, борись за свою жизнь! – строго сказал Одди, посмотрев в глаза Мэл.
Вожак развернулся и вышел из бани, хлопнув дверью. Повеяло холодом и тоской. Всей душой тянуло к Одди. Сильные эмоции затопили меня с головой, и я смогла вернуть контроль над телом. Натянула рубашку и штаны, предназначенные для верховой езды, накинула на плечи черный плащ, обула сапоги и вышла из бани. Поморщилась от запаха гари. Дома были охвачены огнем, доски неприятно трещали, во все стороны летели искры. Когда стихия перестанет здесь бушевать, от этого места останется только выжженная земля. Сердце неприятно кольнуло. Перевела взгляд на мужчин. Они уже оседлали коней, ждали только меня. Я забралась в седло, лошадь нервно забила копытом о землю, явно чувствовала опасность, исходящую от меня.