– Я чувствую, как тебя переполняет нежность, – проговорила, нахмурилась, ошарашенно посмотрела на Одди. – Так мы действительно сможем ощущать эмоции друг друга?
– Да. Так я смогу точно определить, когда вернется Мэл. Сразу почувствую изменения, происходящие в тебе, – кивнул вожак.
– Так ты попросил меня присягнуть тебе на верность, чтобы контролировать? – вздохнула я.
– Нет, чтобы защитить от других оборотней. Стаи, обитающие на севере, отличаются друг от друга. Не все волки отдают предпочтение человеческой половине души. Моя семья живет вдоль границы, наверное, поэтому мы немного иные, чем те оборотни, которые обитают далеко на севере. Они более агрессивные, неуравновешенные, злые.
– А если решу уйти к людям навсегда? – уточнила.
– Я отпущу тебя, если буду уверен, что ты одолела второе эго, – ответил он.
Заметила, как в глазах Одди промелькнула стужа, на скулах заходили желваки.
– Ты любишь какого-то человека? В этом все дело? Поэтому так мечтаешь вернуться домой? – пристально посмотрел мне в глаза, поджав губы.
– С чего ты это взял? – поморщилась я.
– Я знал твою маму. Когда она попала к нам в стаю, ее сердце было занято каким-то воином. Твой настоящий отец не смог пробраться к ее душе. Анна так и не полюбила волка, рвалась к людям. Несмотря на то, что в ее венах течет волчья кровь, твоей матери гораздо уютнее среди людей. Аврора иная. Она, попав в стаю, всей душой полюбила волчат, относилась ко мне, как к сыну. Потом влюбилась в Эйнара. Она легко ужилась с волками. Тебя, как и твою маму, тянет к людям. Вот я и подумал, что там тебя кто-то ждет, – признался вожак, испепеляя меня ревнивым взглядом.
– Мое сердце принадлежит только тебе, – ответила и отвела взгляд в сторону. – Мне просто не нравится жизнь оборотней. Она не для меня. Вот если бы ты захотел стать человеком, мы бы смогли уйти к людям вместе, – посмотрела на него с надеждой.
От моих слов вожак поморщился и покачал головой.
– Лисса, ты же еще не видела, как живут волки в стае. Путешествие у нас выдалось тяжелое, понимаю, что девушке проделать такой путь непросто. Когда будем дома, ты посмотришь, как мы живем. Уверен, что изменишь свое отношение.
– Ты не понимаешь! – воскликнула я. – Мне не нравится быть оборотнем, бегать на четырех лапах, сражаться с дикими животными. Я хочу нормальную, тихую жизнь, как у людей. Такую жизнь, как у моей мамы. Чтобы рядом был любящий муж, росли дети. Чтобы я не опасалась за своих малышей, что однажды они загрызут кого-то или загрызут их.
– Я тебя услышал, – кивнул вожак. – Хочу, чтобы и ты уяснила. Я никогда не променяю свою стаю на обычную человеческую жизнь, потому что рожден оборотнем, и мне это нравится. Я помогу тебе избавиться от Мэл, покажу, как обитают оборотни, а потом ты решишь: остаться или уйти. На привязи я тебя держать не стану. Если тебе хочется жить в иллюзии, будто ты обычный человек – право твое.
Я ощутила все эмоции вожака. Он злился, но говорил чистую правду. Ему не хотелось, чтобы я ушла к людям, но насильно держать в стае не стал бы. Меня вновь затопили противоречивые эмоции, потому что не знала, как правильно поступить. Хотелось сбросить с себя оковы, вновь стать свободной, чтобы не пришлось принимать тяжелых решений. Не удержалась, прижалась к вожаку, ища в его объятиях спасение. Одди крепко обнял меня, прижался губами к моему виску и с шумом втянул в себя воздух.
– Прости нас за то, что испортили твою жизнь, – прошептал он мне на ухо.
– Ты обещал стать моим, если я присягну тебе на верность, – проговорила еле слышно.
– Я уже давно твой, – признался он, смотря на меня шальным, расфокусированным взглядом.
В его глазах проступило что-то тяжелое, будоражащее. Наши сердца ускорили ритм, застучали рвано, дергано, а внутри словно натянулись вибрирующие струны. Дыхание одно на двоих – частое, шумное. Внутри все томительно заныло, тело полыхало огнем. Одди смотрел в упор. Его зрачки потемнели, расширились. Взгляд вожака переместился на мои губы. Воздух вокруг нас сгустился так, что затрещал от напряжения. Моргнуть не успела, как вожак с жадностью поцеловал меня. Страсть и возбуждение обрушились на нас. У меня по венам побежал жидкий огонь. Сходила с ума от этой близости. Жгучий, требовательный поцелуй заставил забыть обо всех невзгодах.
– Я уничтожу любого, кто посмеет причинить тебе вред. Отыщу тебя, где бы ты ни была, и чего бы мне это не стоило. Клятва связала нас, ты теперь часть моей стаи, часть меня. Только моя… Никому не отдам… – хрипловато шепнул прямо в губы, которые еще ломило от возбуждения, от потребности в прикосновениях.
Я смотрела на суровое, серьезное лицо, на темные тени под опущенными длинными ресницами, на твердо сжатые губы, в уголках которых затаилась усталость. В душе возникла бесконечная пронзительная нежность к этому властному, могущественному оборотню. Поняла, что эта близость может подарить мне целый мир и его же до основания разрушить. Позволила нахлынувшим чувствам править разумом.