Этот вариант понравился девочке, и она радостно согласилась.
Минуту назад он смотрел в небо, а через минуту уже сладко спал, забыв обо всем на свете. Часть 30
Решив сначала зайти на кухню и что-нибудь перекусить вместе с Соней перед поездкой Мирон, идя по яхте, поразился тишине стоящей вокруг. У него возникло такое ощущение, что все разом ушли и они с Соней на яхте совсем одни.
На кухне, где обычно в обед постоянно сновали люди туда-сюда, никого не было. Все это показалось юноше странным и наводило на разные нехорошие мысли.
Они съели каждый по несколько бутербродов и, запили все это вкуснющим соком, который нашли в холодильнике. Еще несколько бутербродов и воду они взяли с собой.
Можно было выдвигаться в путь, но тут Соня уперлась, сообщив, что не оставить Маркизу здесь на яхте и что она хочет взять собачку с собой.
Никакие аргументы на девочку не действовали и устав с ней спорить, Мирон взял небольшой рюкзачок, повесил его на себя спереди и в него запихнул упирающуюся собачонку.
- Смотри у меня, если описаешься, то я тебя где-нибудь по дороге потеряю, - пригрозил Маркизе, недовольный ролью извозчика собаки Мирон.
Соня, услышав эти слова, весело прыснула в кулак. Вот в таком составе они вышли из опустевшей яхты на берег и пошли в поисках проката велосипедов.
- Да, интересный из меня добытчик клада! С ребенком за руку и на шее мелкая, противная собачонка! – подумал Мирон, бредя по городу с Соней и от такой картины самому стало смешно.
Поспрашивав несколько прохожих, попавшихся им по пути, юноша вскоре выяснил, где здесь есть прокат велосипедов и уже целенаправленно двинулся в ту сторону.
Им достался прогулочный велосипед и у владельца проката, даже нашлось велокресло, что не могло не обрадовать Мирона.
Маркизу парень вытащил из рюкзачка и засунул в корзинку спереди. Шея от ношения собачонки на себе у парня уже нещадно болела, и Мирон сто раз пожалел, что пошел на поводу у ребенка.
- Так, посмотрим, куда нам нужно ехать! – развернув карту, пробормотал юноша, пытаясь разобраться.
По карте выходило, что ехать им нужно где-то семь километров. Он на всякий еще уточнил у владельца проката, правильно ли он понял, куда им ехать и пустился в путь.
Дорога в основном проходила через поля по пригороду. Местность была очень живописной и красивой. Парень даже залюбовался пейзажами, с тоской вспомнив свою любимую деревню. Вроде не так долго он находился в отъезде, а уже очень сильно соскучился.
Где-то, через час местность поменялась, стали появляться дома то тут, то там и Мирон понял, что вскоре они приедут на место.
Он пока не придумал, что будет делать, когда они доедут до места и решил положиться на случай и удачу.
Вскоре они приехали и юноша, остановившись возле большого высокого забора с тоской его рассматривая, понимал, что внутрь попасть им будет нереально.
За забором лаяла собака, что еще сильнее отбивало желание у Мирона от попытки проникновения через забор.
- Что делать? Что делать? – пробубнил Мирон, сам не заметив, как произнес это вслух.
- А почему мы остановились? – спросила Соня Мирона и о чем ты спрашиваешь?
- Мирон не успел ей ничего ответить, как девочка тихим голосом произнесла, - я хочу в туалет писать!
- Давай устроим где-нибудь здесь пикник, и ты сможешь сходить в туалет, - бодрым голосом предложил девочке Мирон, подумав, что может быть у него за это время получиться что-нибудь придумать.
Соня радостно согласилась и, увидев невдалеке небольшую рощицу, юноша решил, что это неплохое место для их пикника.
Оттуда все поместье было, как на ладони так, как оно находилось в низине, а рощица на пригорке.
Расстелив на пригорке плед, Мирон вытащил Маркизу из корзинки на велосипеде и выпустил собачонку погулять.
Он предложил Соне самой сходить в туалет в ближайшие кустики, а сам занялся выкладыванием припасов из рюкзака. Маркиза побежала следом за Соней, и юноша лениво проводил парочку взглядом до того, как они скрылись в кустах.
Солнышко нещадно припекало и юноша, завалившись на плед, стал рассматривать бегущие друг за другом облака. Он не заметил, как его моментально сморило. Минуту назад он смотрел в небо, а через минуту уже сладко спал, забыв обо всем на свете.
Сколько времени он проспал, Мирон не знал, но в какой-то момент юноша открыл глаза и тут же вскочил. Все так же ласково светило солнышко и пели птички. Только одно нарушало эту мирную идиллию – Сони рядом не было!