Приступ тошноты, когда я вернулась, только усилился, я едва успела притянуть к себе утилизатор.
— Миия?
Сквозь грохот басов я едва услышала, скорее, догадалась, что кто-то подошел в тот момент, когда меня затошнило. Моего плеча коснулись, и я подняла голову, сквозь пелену слез увидев напарника. Парень с головой барсука присел рядом со мной.
— Что с тобой? — прокричал почти мне в ухо.
Я покачала головой и изобразила пальцем кружение.
— Иди, отдохни. Я заменю тебя.
Спорить не стала и ушла. В раздевалке сразу к раковинам дошла. В зеркале отразилась голова гигантского кролика с заплаканными глазами. Нажав на узел галстука-бабочки, отключила преобразование моей внешности в кроличью ипостась. Кто придумал, что бармены с головами зверей — это оригинально? Впрочем, мне было все равно.
8
Умывшись, легла на скамейку, прикрыв глаза от света локтем.
Целый месяц ничего не было. Я, конечно, не надеялась, что все так просто закончится. В один прекрасный день мое безумие прекратится. Я, наверное, даже не узнаю, в какой именно час это произойдет. Буду ждать и прислушиваться к себе днями, месяцами, постепенно переходящими в года. Но точно никогда не забуду. И до самой своей смерти ждать не перестану.
Хотя музыки почти не было слышно, басы ощущались, словно помещение встряхивали. Что это только что было? Нападение шипшипа я еще никогда не видела. Хотя знала, что это за зверь. Когда-то давно видела даже целую стаю, но издалека. Но дело не в этом. Невольно опустила руку и потянулась ощупать предплечье, словно там могла быть рана. И раздраженно вернула руку обратно, свет резал глаза, голова начала болеть. Больно было, мое тело словно помнило еще эту никогда не существовавшую рану. Но что-то еще было... Что же? Помимо боли, отвращения и сцены смерти животного, которое я увидела во всех подробностях.
Кажется, раздумывая над этим, я отключилась на несколько секунд. И тут же вскочила, так резко сев, что нога соскользнула, и я едва не упала на пол. Уперевшись пяткой, застыла, поймав равновесие, слишком увлеченная мыслью, которая пришла, чтобы думать, как нелепо со стороны выглядит моя поза. То чувство, что пришло ко мне под слоями боли, страха и моего омерзения от вида убийства. Сожаление? Жалость к зверю?
Я чувствовала раньше восторг, радость, восхищение. Этих чувств становилось все меньше с годами, и все они были связанны с чем-то необычным. Красивый вид, какое-то редкое явление. Страх... не то чтобы. Его не было, так сказать, в чистом виде. Скорее, опосредованный. Как бы объяснить? Боязнь препятствия? Не совсем, но близко... Четко зная опасность и не опасаться её, но в то же время осознавать, что ты слаб, и любая случайность может помешать чему-то очень важному. Не зависящие от тебя обстоятельства не дадут выполнить то, что для тебя важнее самого себя. Это чувство важной цели я подспудно знала всегда.
А сегодня вдруг что-то совсем новое. Это сожаление. Мне приходилось видеть схватки с разными животными и раньше. Несколько раз видения рассказывали мне, как мое второе я преследуют. Но никаких особенных чувств, кроме страха препятствия (не знаю, как лучше объяснить, поэтому пусть останется это определение) и болевых вспышек, вообще не связанных ни с какими чувствами, я не ощущала до сих пор. Даже странно.
— Миия? Тебе лучше?
Мой напарник приоткрыл дверь, впуская грохот танцзала в относительную тишину раздевалки.
— Да.
— Возвращайся, мы не успеваем.
Он тут же закрыл дверь. Я выдохнула, настраиваясь, привела себя в порядок уже на ходу.
9
И после всего, что со мной было, наконец, случилось самое непредвиденное. Чего я могла ожидать? Увидеть, как свет меркнет в глазах, прижатая лапой очередного монстра к залитому моей кровью снегу? Наверное, это был самый предсказуемый финал. Логичный.
Я проснулась в своей квартире. Середина дня, судя по свету. Обычно я крепко сплю, и если очень нечастые посетители и приходили в мое одинокое жилище, очень долго пытались дозвониться в дверь, и не всегда удачно. Сейчас точно никто не звонил. Ни в дверь, ни на коммуникатор.
Я проснулась резко. Села на постели, прижав руку к груди. Сердце заходилось, кажется, дрожа под моей рукой. Перед глазами неясный образ из сна. Или видения, что началось во сне? Я ясно помнила — много зелени и силуэт мужской, далеко довольно и очень размыто. Лица я не могла рассмотреть. Он словно вслед мне смотрел. И хотя я даже черт лица его не могла видеть из-за дымки, окутывающей мое видение, я поняла, что он улыбнулся мне. Сердце сильно толкнулось в клетке груди. И вот тогда я проснулась.