— Кит? Ты...
Сказать слово "ревнуешь" вслух я не смогла. Это так нелепо и не к месту прозвучало бы, что я просто не могла такого произнести. Физически.
— В любом случае, не стоит, по-моему, его в это втягивать.
— Почему?
— Скажи, то, что сделала Эмма, было распоряжением наших властей? Королевской семьи?
Я хотела ответить, но поняла, что мне, в общем-то, нечего. Я просто не знала! Из тех обрывков, что я видела, того, что сказал Кайс, что можно было понять? Столько провалов в этой истории, что все расползалось, и скорее паутину напоминало, и все мы в ней запутались.
— Я не знаю.
— Мне кажется, то есть именно мне, — еще раз подчеркнул Кит: — что это не так. И то, что мы сейчас пытаемся делать, тоже, если и не противозаконно, то и не совсем одобрено.
— Но Кайс...
— Кайс принц. Есть еще и король. А он выше его.
— Я не совсем понимаю.
— Я помогу, потому что это нужно тебе. Но будь, пожалуйста, осторожней. Во всем этом слишком много скользких и непонятных мне до конца моментов. Мне кажется, это опасно. И я просто чувствую, что больше, чем я могу представить.
Мы добрались до клуба, Кит отправился за ботами, а я связалась с Кайсом, сообщив, где мы и зачем.
— Я буду через десять минут.
Кит вернулся, и ауто Кайса рядом с нашим опустилось почти сразу. Он открыл дверь и помахал нам, приглашая пересесть к нему.
— Мы поднимемся на крышу купола, — сообщил он. — Я думаю, с открытой площадки будет проще направить ботов.
— Им все равно, — ответил Кит. — А тебе, похоже, нет?
— Я боюсь, что нам могут помешать, — спокойно глядя вперед, ответил Кайс.
— Кто?
— Мой отец.
74
Рот Кита сжался в тонкую линию, и он посмотрел на меня, как бы говоря: " Я же говорил!".
— Он против ваших отношений?
— Дело не столько в Эмме, сколько в егерях.
— Это еще кто?
Кайс отвлекся, чтобы бросить на него изумленный взгляд, и я поспешила пояснить:
— Он не знает. И я, собственно, тоже не очень понимаю. Слышала, как Эмма себя так называла.
— Королевская фельдъегерская служба. Секретное подразделение, где с самого рождения выращивают и тренируют егерей. Их служба состоит в том, чтобы поддерживать связь между изолированными друг от друга куполами.
— Почтальоны?
— Именно. Я познакомился с Эммой, еще не зная, что она егерь. Она тоже не знала, кто я. По странному стечению обстоятельств, я оказался тем, кто смог узнать её секрет. Конечно, не намеренно. Два года назад её устранили.
— Что? — мы с Китом произнесли это одновременно и переглянулись.
— Её выставили из купола без возможности вернуться.
— Чтобы она не виделась с тобой? Закрыли доступ в этот купол? — уточнил Кит.
— И это тоже. Они хотели, чтобы она исчезла. Совсем. Как выяснилось позже, это "обычная практика", — в отражении я видела, как дернулся его рот, словно в судороге. — Для того, чтобы избавляться от них, их отправляли наружу. Природа и снег делали все остальное.
— Почему?
— Все дело в самих егерях, как я уже говорил. Они не обычные девушки. Их отбирают еще до рождения. У них есть... особые способности.
— Как у Миии?
— О подобном я не слышал. Но думаю, что если бы она проявила себя раньше, она была бы егерем. Их способности примерно в этой области. Но их подавляют и направляют развитие дара в определенную область. Главная функция — управление животными и ориентирование.
— И зачем же избавляться от них? Они уникальны и делают важное и необходимое всем дело.
— Это генетическая война. Они — новая ступень развития человека. Купола построили такие, как они. Большинство принципов технологий, что мы пользуемся, тоже их заслуга. Зима за пределами куполов — это их рук дело. Если бы все шло естественным путем, они давно заменили бы нас. Люди были бы совсем другими. Их способности были бы просто безграничны.
В ауто повисла тишина. Я пыталась представить... Сама не знаю, что. Хотя бы осознать, что такое возможно, было достаточно сложно. Новая ступень? Все могли бы разговаривать друг с другом без слов? Видеть глазами друг друга? На большее мне пока не хватало фантазии, я могла представить только то, что знала сама. Думать о таком было странно и немного... неправильно? Когда же этот поток информации, опрокидывающей все, к чему я привыкла, почитала за истину, прекратится? Как мне осознать себя в том, что казалась мне совсем другим? Я чествовала себя голой и на семи ветрах одновременно.
— Переоденьтесь, снаружи холодно, — вместе с остановкой ауто сказал Кайс.
Одежда, что он дал нам, была такой огромной и неуклюжей. Не тяжелая, и все же нелепая. Я смутилась, натягивая её на себя. Кит оглядел меня с ног до головы и улыбнулся ободряющее. Жарко уже было, но сейчас еще жарче лицу стало.