— Осторожней!
Предупреждение Кайса опоздало. Кит, недолго раздумывая, шагнул наружу и теперь стоял, задрав локти и глядя с изумлением на себя самого, по пояс увязшего в снегу.
— Миия, иди за нами, так тебе будет легче.
Кайс выбрался из ауто через дверь, открытую Китом, и помог мне спуститься. Снег был взрыхлен и уже не так глубок там, где оба парня топтались, но я все равно провалилась выше колена. И на счет "жарко" стало понятно буквально через пару шагов сделанных — идти было трудно, и я разогрелась почти сразу. Очень хотелось потрогать снег, но я почему-то смущалась и не решалась. Хотя парни не смотрели на меня, занятые пробиванием пути в сугробах.
Кстати, место было вовсе не такое ровное, как казалось сверху. Серо-черные, горизонтальные трещины с этого ракурса были хорошо видны. Мы словно шли по стопке неровно сложенных листов, высотой примерно по колено. Это я точно выяснила, врезавшись и больно ударившись об засыпанный снегом край.
Кайс обернулся и помог мне забраться на край, пропустив вперед. Но далеко мы не ушли — Кит остановился.
— В чем дело? — нетерпеливо окрикнул его Кайс и, не теряя времени, стал обходить меня, утопая в снегу.
— Идти больше некуда. Следы кончились. Прямо тут, где я стою.
Кайс остановился, и мы дружно стали оглядываться. Действительно. Кроме перепаханной нами полосы, снег вокруг был девственно чист и не тронут.
— Эмма! — я едва не подпрыгнула, когда Кайс закричал.
Боже, это было даже не так громко, как... горько? Отчаянно? Мурашки по спине побежали.
Кит отошел на пару шагов в сторону и, приложив руки ко рту, тоже закричал. Я просто машинально прошла оставшиеся истоптанные пару метров, словно надеясь что-то пропущенное парнями увидеть.
Мой шаг короче чем у Кита и, наверное, поэтому я споткнулась в очередной раз, зацепившись носком сапога обо что-то под снегом. И влетела в темноту, в которой совсем не было снега.
79
Здесь было не только темно, но и тихо. И почему-то именно эта тишина показалась мне странно знакомой. И запахи, точнее, полное их отсутствие. Стерильный холод, наслаивающийся веками.
Поведя руками вокруг, я сделала маленький шажок вперед, и шаркнувшая по полу подошва заставила меня вздрогнуть — таким громким показался даже такой незначительный звук.
— Эмма? — прошептала на самом деле я, чтобы сгладить немного неприятное ощущение пустоты вокруг.
Мне понадобилось всего четыре шага и снова, без всяких переходов, я оказалась в другом помещении. Рассеянный свет, словно его цельным куском вырезали из сумеречного дня по форме этой круглой комнаты и законсервировали здесь. Только голый бетон — стены, потолок и пол. Все, кроме белой фигуры, сидящей напротив, у стены. Такой ослепительно белой, что мне больно стало от такой первозданной чистоты.
Она сидела ровно так, как я совсем недавно. Наверное, мое тело копировало эту позу неосознанно. Поджав колени к груди, сцепленные пальцы переплетены в замке на коленях, спина прижата к стене. Только голова склонена низко.
Почему-то испытывая робость, я подошла и опустилась на колени, так и не подав голоса и стараясь не шуметь. Осторожно заглянула ей в лицо.
Ресницы в белой бахроме инея и брови тоже. Даже на щеках кристаллики льда. Лицо мраморно белое и казалось настолько гладким от этого, словно она и правда была сделана изо льда и камня. Только едва заметный парок от дыхания выдавал, что она все же дышит.
Зазвонил мой коммуникатор, и я натурально взвизгнула, тут же прикрыв себе рот ладонью. Испуганно глядя на белую фигуру, из-за нелогичного опасения, что из-за меня этот волшебный и такой красивый сон будет нарушен. Но она не двигалась, словно и воздух вокруг нее стал прозрачным непроницаемым коконом, который ничто не могло разрушить. Она застыла в нем в вечности.
— Да, — мой дрожащий голос таким неуместным здесь прозвучал! Я снова и снова это чувствовала. Словно в святилище, где нельзя говорить, можно только слушать, надеясь, что хватит сил услышать глас вселенной.
— Миия, где ты? Ты в порядке?
— Мастер?
Я словно с небес на землю рухнула, услышав его голос. Что же я делаю? Нужно же поскорее вытащить Эмму отсюда! Кайс сказал, что этот сон смертелен, и она может не проснуться!
— Я в порядке. Я далеко, — я говорила, как деревянная, не в силах оторвать взгляд от белого спящего божества передо мной.
— Я заберу тебя, тебе нельзя так волноваться. Кит хотя бы знает о твоем состоянии? Где ты?
— Я не в куполе. Я очень далеко.