– Не беспокойтесь, Никита, я помню предмет о безопасности жизнедеятельности и урок об экологических катастрофах!
– Хорошо. Я этому рад!
– У нас осталась вода в бойлере, я её экономлю и использую по чуть-чуть. А так же наш дом пустой, и теперь у меня есть возможность пройтись по всем квартирам, и так как в нашем городке периодически возникали проблемы с горячим водоснабжением, то в каждой квартире есть эти приспособления. Понимаете, мне, конечно же, немного стыдно шариться по соседям без их ведома, но другого выхода нет. Мы ведь выживаем, тем более большинство соседей и вовсе погибли в первые часы после начала стихии. – Она опустила взгляд в пол. -Кстати, есть даже пастеризованное молоко, представляете! – она улыбнулась. – Нашла у соседки, она работала в школьной столовой и, видимо, немного прихватывала с собой домой. И, кстати, в данный момент я ее в этом не виню, а даже благодарна!
Никита улыбался, но не от радости, а скорее от того, насколько целеустремленна была эта женщина. – Только не говорите, что у вас ещё есть кофе!
– Только растворимый!
– О нет! Я только о нём и мечтаю уже несколько недель точно!
– Тогда вскоре вы его отведаете!
– Хорошо, спасибо! – после этого Никита выглянул в окно, через которое они попали в эту спасительную квартиру. Байдарка плавала на своём прежнем месте, часть весла торчала с отверстия, которое предназначалось для него, и всё остальное, что было к ней привязано было на месте. Он огляделся вокруг, на улице стоял штиль, будто стихия и не приходила этой ночью сюда. В его голове зародился один план, и он сию минуту решил двинуться в путь.
– Маргарита!
– Да, Никита?
– Я отлучусь на некоторое время! Прошу вас присмотреть за детьми, и если они проснутся, а я не успею вернуться, то начните завтракать без меня. Но я постараюсь сделать всё быстро.
– Куда вы собрались? – удивилась Маргарита, растапливая чугунку при помощи деревянных ножек от чьего-то стула.
– Сплаваю, огляжусь вокруг! – прошептал Никита, перекидывая ружьё через шею.
– А как же кофе?
– Чуть позже!
Полноценно вдохнуть не удавалось, в носу всё пересохло, а во рту, несмотря на посторонний предмет, ощущался металлический привкус. Открыв глаза, она не увидела ничего сквозь мглу. Она попыталась пошевелиться, но безуспешно, руки и ноги по-прежнему были связаны. Голова гудела, ей на секунду показалось, что потеряла слух. Воспоминания путались, она всё никак не могла понять, что же всё-таки произошло. Ткань во рту так сдавливала кожу между губ, что на первый взгляд из-за отёка казалось, что плоть в этих местах разорвана. Язык так же пересох, как и вся слизистая. Аня застонала. Что же происходит! Как только она произнесла это про себя, то всё вспомнила. Лопасти вертолёта и тот спасительный голос, что в тот момент дал надежду на выживание, пропал. Лишь отголоски этого шума остались где-то глубоко в подсознании и путалось с воспоминания из детства. Тогда для всех детишек во дворе это было необыкновенным. Услышав издалека шум летящего в их сторону вертолёта, все вокруг поднимали головы, находясь на детской площадке, восторженно рыская взглядом в ожидании этого события. И когда происходил этот мимолётный фрагмент счастья, то раздавались крики – её, Ани, и ещё многих детей, что были рядом. В дальнейшем она наблюдала это и у своих детей, эти восторженные выкрики, и как они звали её и папу, для того чтобы они вместе с ними насладились этим моментом. И да, они поддерживали их и показывали рукой, куда именно полетел вертолёт, что приносил столько счастья.
Вспомнив это, Аня почувствовала слёзы, они скатывались по её щекам. Дыхание восстановилось, и этот момент помог вспомнить ей о том, как она оказалась в такой ситуации. Она совершила серьезную ошибку, и это касалось не только жизни в целом, но в данный момент ее необдуманного поступка, связанного с попыткой убежать от психопата. Да, именно психопата, она не знала, был ли Саша всегда таким или только события, что произошли в последнее время, активировали нечто, что лежало где-то глубоко в подсознании, и нужно было время, чтобы оно появилось на свет. Сейчас размышлять было поздно, ее ситуация была критической. Несмотря на то, что она дала себе указание во всём потакать ему, пока не придёт помощь, она не сдержалась, за что и поплатилась.
Интересно, где он сейчас? Остался или уже улетел далеко на этом вертолёте? Это было не известно, так как кроме звона в ушах она не слышала больше ничего. Звон в ушах, по-видимому, происходил из-за того последнего удара. Для того, чтобы успокоить её, он нанёс удар ей в лицо, тем самым разбив нос, но не рассчитал силу удара, Аня приложилась затылком об край чугунной ванны. В желудке всё урчало, она так же вспомнила, что не ела ничего с того момента, как наступил вечер. "А какое сейчас время суток? Сколько я была в отключке?" – у нее не было ответа на эти вопросы, пока неожиданно дверь ванной не открылась…