Подойдя ближе, она открыла нараспашку окно. Холодный ветер начал обдувать ее, и ей показалось, что теперь она свободна, свободна от всего, что вот оно, начало новой жизни, пусть уже не в этом мире, но всё же… Ей оставалось пролететь вниз несколько этажей, и вода, мягкая вода примет ее в свои нежные объятия, в конечном итоге соединив ее душу с близкими ей людьми. А о чём ещё можно было мечтать отчаявшемуся человеку, лишившемуся в один миг всего, что было дорого. Прежде чем прыгнуть, Аня взглянула на небо, на ее лице возникла улыбка, и она села на оконную раму, перекинув ноги. Она решила сделать это на счёт три и принялась мысленно проговаривать цифры. Досчитав до двух, оставалось назвать лишь цифру три, она закрыла глаза и…
Никита понимал, что боль будет серьёзной, но не предполагал, что настолько. В голливудских фильмах он вспоминал, как актёры, играющие в боевиках, несмотря на порезы и огнестрельные ранения, шли в бой таким бодрячком, что в данный момент он начинал жалеть, что это не просто съёмки какого-либо фильма. Нет, это была реальность, боль от ранения, потоки крови, что с каждым движением рук лишь усиливались, оставляя ее всё меньше и меньше в организме. Всё это было чёртовой реальностью, вокруг вода и море трупов, дома, погрузившиеся в пучину – всё было наяву. А, может быть, нет? Может, это просто страшный сон, от которого нужно проснуться, и всё, всё сразу встанет на круги своя, начнётся обыденность, к которой все так привыкли и зажрались в большинстве своём тем, что перестали ценить самое главное! Друг друга, тех, кто окружает нас, каждое живое существо и красоту нашей планеты в целом. Оберегать родных и близких или хотя бы вспоминать о них. Если бы только можно было вернуть всё назад и извиниться перед теми, кого когда-то обидел, если бы был ещё хоть один шанс сказать приятные слова тем, кто так дорог! Да и не только им, а любому встречному прокричать с улыбкой на лице! Наслаждайся жизнью, человек! Ведь в один миг жизнь может закончиться! К сожалению, обратного пути нет.
–Пап! Пап! – прокричала Настя.
Никита будто очнулся.
– Да, что?– он повернулся к детям. Те не обратили на него внимания. Их взгляд был направлен в какую-то сторону и, заметив это, Никита кое-что услышал.
Такой знакомый шум, настолько знакомый, что поначалу показалось, что это лишь мираж. Но на самом деле это было не так. Вокруг поодаль от них маленькими точками курсировали несколько вертолётов.
–Пап, это вертолёты! Пап, ты их видишь! – дети восхищённо завизжали.
Никита улыбнулся и внезапно почувствовал во рту металлический привкус. Поднеся к уголку рта бледную руку, он увидел следы крови.
"Времени практически не остаётся. Следует ускориться!"– подумал он и принялся вновь грести, а ветер вновь усилился.
Приплыв по старой памяти на нужный проспект, оставалась лишь одна проблема – обнаружить нужный дом. С тех пор, когда они покинули то злополучное здание, им периодически кто-то кричал из окон. Это было редкостью, но люди всё ещё оставались в своих квартирах, не желая покидать их. У каждого, по-видимому, на это была своя причина, но сама суть того, что люди оставались на месте, придавала уверенности в том, что и здесь кто-то ещё был.
Никита огляделся, высматривая в домах хоть один намёк на жизнь в окне. И тут он увидел, как одно окно приоткрыто, и из него выглядывает мужчина с сигаретой. Никита, увидев его, улыбнулся.
– Добрый день! Подскажите, пожалуйста, где дом номер тридцать пять?
Мужчина оглядел Никиту и его спутников так, будто они были чем-то неординарным или даже мистическим.
– Ты хреново выглядишь! Тебе бы к врачу!
Никита посмотрел на детей. Они взволнованно оглядели его, а Никита в ответ подмигнул, улыбнувшись им.
– Пап, у тебя зубы в крови!– произнёс тихо Артём.
– Всё хорошо, ребятки!– ответил он деткам, а затем обратился к мужчине. – Я прошу прощения, нам нужен дом тридцать пять, там находится их мама. Подскажите, пожалуйста, где он!
–Думаю, что здесь никого больше нет, была эвакуация, и большинство из выжив....– мужчина раскашлялся. – В общем, через три дома, по правой стороне, в сторону, где раньше был залив! – сказав это, мужчина резко исчез, захлопнув окно.
Никита, долго не думая, вновь взялся за весло. К боли, ему казалось, он уже привык, а, может быть, ожидание того, что они вот-вот доберутся до цели, придало новых сил.
Никита с трудом выбрался из байдарки, после чего рухнул на лестничную площадку.