— Тебя кто-то обидел?
— Что? А… нет. Ерунда. — Она больше никак не комментирует мое обращение на «ты», это прогресс.
— А то я уж хотел предложить, так сказать, рабочий обмен.
Почему я сказал «рабочий»?
— Это какой? — слегка напрягается Аня.
— Сегодня в столовой я рассказываю тебе то, что собирался рассказать вчера, а ты, если хочешь, жалуешься на то, что там у тебя стряслось, — произношу нарочито легким тоном.
— Ага. Ты опять забудешь, а я буду как дура ждать тебя в столовой? Не-ет уж, — невесело усмехается Аня.
Она ждала!.. Черт, черт, черт…
— Прости меня. Извини. Я просто… — «Да скажи ты ей правду, что терять-то». — Если честно, испугался, что ты сочтешь меня назойливым или... каким-то еще. И вообще был уверен, что ты не придешь. Я не забыл.
— Прощу на первый раз. Если угостишь меня чаем.
— Принимается.
Ого-о! Почти свидание! Так, нет, стоп, не будем гнать лошадей, это просто моя коллега и просто чай в офисе (даже не кофе, почему-то кофе кажется чем-то более интимным). А я еще окончательно не расстался с Марианной…
Продолжаю уговаривать себя, но на душе необъяснимо светлеет и теплеет. Как же хорошо.
Теперь Аня ускоряется — впереди мелькают ее темные сапожки на каблучках и — ярким пятном — ее пальто. Она заходит в здание, а затем и в лифт раньше меня и успевает уехать наверх вместе с кучкой людей, также арендующих офисы в нашем помещении.
Ничего, у нас будет время поболтать. А сейчас — я и забыл! — проверю, кто мне звонил.
Как маленький мальчик, бегущий к елке утром после Нового года, я снова лезу в карман. И изумленно замираю — он пуст. Я же положил телефон сюда! Может, в другой карман? Нет, здесь только перчатки…
Принимаюсь судорожно рыться в портфеле. На пол выпадают наушники, конфета, какой-то чек...
— Молодой человек, вы поедете? — Раздраженная женщина отталкивает меня, чтобы пробиться к лифту — я загородил ей путь.
Не понимаю, можно ли беспокоиться о таких пустяках, как уходящий лифт, когда у меня тут рушится моя новая жизнь. Если телефон утерян, значит…
Казалось бы, ничего страшного, но… внезапно все происходящее со мной кажется никчемным и ненужным. Работаю на надоевшей работе, почти не общаюсь с коллегами, живу с нелюбимой девушкой, плачу какие-то кредиты… На что же я надеялся?! Почему, идиот, думал, что смогу сойти с натоптанной тропинки?
У меня кружится голова, становится нечем дышать. Вместо того чтобы подниматься к себе в офис, я снова выхожу на улицу. Ветер радостно забирается под мой расстегнутый пуховик и начинает трепать шарф, но я почти не замечаю этого. Ищу телефон здесь, у входа — безрезультатно. Прохаживаюсь туда-сюда, внимательно глядя на землю — с тем же успехом. Возвращаюсь, обращаюсь к охраннику с призрачной надеждой, что смартфон выпал у меня в холле и он тут же успел его подобрать и оставить на вахте. Нет.
Нет. Все не может быть вот ТАК, твердо говорю себе я. Не могло это быть ошибкой. Вчерашний день, когда я почувствовал себя живым впервые за долгое время… я не дам этому ощущению исчезнуть бесследно.
Я, как обычно, здороваюсь с коллегами — некоторые отвечают «привет», не поднимая головы от монитора, но большинство, опять же как обычно, даже не реагируют. Я ловлю вопросительный взгляд Ани, но отвожу глаза. Нет настроения объяснять, почему я все-таки снова опоздал.
Однако, стоит мне включить компьютер, в рабочий чат приходит сообщение от нее: «Все в порядке? Выглядишь потерянным». А я-то думал, она рассердится! Я тронут — может, потому что давно уже никто не обращал внимания на мое состояние. Марианна едва ли заметила бы, даже если бы я пришел домой опухший от слез.
«Я потерял», — пишу я. «Что именно — расскажешь за обедом?».
Она все правильно поняла. Молодец.
Мысль о том, что мы вместе идем в столовую, греет меня и не дает впасть в отчаяние следующие несколько часов. Наконец, в 13:00 Аня встает со своего места и, не глядя на меня, следует к двери, цокая высокими каблуками лаковых офисных туфель. Я торопливо тянусь за в портфелем — никогда не оставляю его без присмотра.
Когда я выхожу, Аня уже ждет меня снаружи.
— Итак, я требую объяснений.
— Сейчас ты их получишь, — обещаю я.
Знал ли я, что в этот день уже не вернусь на рабочее место…
Часть V
— Черт, а ты права.