_ Всё хорошо, и природа, и город, а главное, моя новая жизнь, думал Саша.
А Таня продолжала думать за него, отпустив его внимание на дорогу:
_ Пусть эта наступившая жизнь не такая, как раньше, но она точно для тебя.
_ И мы будем проживать эту жизнь вдвоём, а может быть и втроём, вчетвером…, – думали они вместе.
Глава 69.
А Виктор, когда Таня с Сашей уезжали, тоже проснулся, но не сказал об этом. Не хотел отвлекать их внимание. Потом попробовал встать на костыли, которые предварительно принёс ему Саша. Получилось. Боли пока не было, но он понимал, что сейчас резкое движение опасно, а то потом придётся лечиться по новой.
Прошёлся по комнате. Совершил утренние процедуры. Взял в холодильнике что-то к чаю и сам сделал себе этой самый чай. Посидел. Почитать что ли? Но пока не хотелось. Нет, так жить без движений невозможно. Конечно по необходимости люди привыкают, но сейчас он не чувствовал такой необходимости. Решил выйти на улицу.
Боялся, но делал. Так бывало и на трассе – и обычно выигрывал. Открыл дверь и подумал:
Вот я дурак! Ключей-то нет! Не оставлять же дверь открытой!
А она, будто живая, медленно двигалась, закрывалась. Виктор потянулся к ней, чтобы успеть перехватить, но ойкнул. Опять боль.
_ Дядя, что с тобой? – спросил появившийся на лестнице мальчик лет четырёх-пяти. Он поднимался по лестнице – живой, весёлый, краснощёкий.
_ А ты откуда здесь? – вопросом на вопрос ответил Виктор.
_ Мы с мамой ходили вызывать слесаря – воду прорвало. Мама сама кран перекрыла, потому что она у меня знаешь какая?! На все руки мастер! – похвастался малыш. – А у тебя что за палки такие? Зачем они тебе?
Мальчик указал на костыли.
_ Это, чтобы ходить можно было. А то спина болит, – правдиво ответил Виктор.
Он вообще считал, что с детьми надо разговаривать по взрослому, правдиво. А потом увидел, как по лестнице следом поднималась молоденькая, симпатичная женщина со светло русыми волосами, которые растрепались немного – один локон выбился из причёски. Он сразу же понял, что это мама мальчика по таким же раскрасневшимся щекам и весело блестящим глазам.
_ Надо же! – подумал он. – Бывают же такие копии – маленькая и большая! Вот родила же себе своё повторение, только в мужском обличье!
Женщина не прошла мимо. Ей было не безразлично, что делает одинокий человек на костылях на лестнице.
_ Вы как тут оказались? Это ж трудно взобраться или спуститься для человека на костылях, – озабоченно спросила она.
_ Да вот, в гостях у ваших соседей, – ответил он, увидев, как женщина открывает дверь напротив. – Решил опрометчиво выйти на улицу, пока их нет, да, напрасно. Дверь закрылась, спина опять начала болеть. И я ни туда ни сюда.
Он говорил это с тайной надеждой, что женщина пригласит к себе.
_ А, понравилась тебе? – спросил сам себя, уже зная ответ, что понравилась.
А он-то думал, что после Тани уже никто не понравится, но, как говорится – человек предполагает, а Бог располагает. Ожидания его исполнились. Женщина пригласила:
_ Проходите, подождёте у нас!
Виктор с удовольствием проковылял в открытую дверь, первый раз обрадовавшись, что он на костылях. Не было б их – не пригласили. Квартирка оказалась однокомнатная, но очень уютная, переделанная в студию. Казалась просторной и современной. Евроремонт. Видно девушка (у Виктора язык не поворачивался называть её женщиной – слишком молоденькой она казалась)любила всё красивое. А уют и комфорт для неё из того же разряда.
Он бы не сказал, что было стерильно в этой квартире, что тоже понравилось Виктору, потому что в стерильных квартирах даже ступить боишься. А тут игрушки разбросаны по полу, как разноцветные пятна, разбавляющие бело голубое пространство комнаты.
Виктору так понравилось здесь, что захотелось уже остаться. А больше всего понравилась мама мальчика и с каждой минутой всё больше.
_ Видно услышал меня Бог, – подумал он. – Впрочем, что это я так тороплюсь? Может быть она замужем, или есть кто? Что это я делаю выводы о её одиночестве по тому, что самой приходится закручивать краны? Может быть мужчина её безрукий?
_ А где сам-то? – спросил он.
Женщина не поняла.
_ Кто сам?-- спросила удивлённо.
_ Ну, муж, или просто мужчина. Есть же он у Вас? – спросил, как бы не заинтересованно, но затая дыхание ждал ответа.
_ Нет у нас с Мишкой никого, – улыбнулась она. – Сами справляемся.
Казалось, поняла его заинтересованность. А ему не стыдно. Пусть понимает, что нравится ему. И сообщать об этом не придётся. Мишка тем временем включил телевизор.
_ А как твою маму зовут?-- спросил он у Мишки, как бы между прочим, продолжая незатейливую игру.