— Бабуля! — возмутилась я, выхватывая злосчастный альбом из рук обнаглевшего недотёпы. Давно надо было его сжечь! — Что вообще здесь происходит? — взбунтовалась я, еле сдерживаясь, чтобы не влепить подзатыльник этому идиоту. — Максик, какого... Зачем ты выпросил у бабули коньяк? Ты вообще сейчас где должен быть?
— А где? — недоуменно заморгал он своими глазищами. — Распоряжений не было.
— Дома! — заорала я, что было сил.
Но тут в наш разговор решила вклиниться бабулечка:
— Авророчка, ну, что ты так кричишь? Я и так хорошо всё слышу! Я сама предложила Максимке выпить за знакомство. Ой, ты не представляешь какой он хороший мальчик! - она доверительно потрепала недалёкого водилу по голове. - Ты даже не представляешь! Ой, а о чём это я? Ах, да! Вот я и предложила Максимке остаться у нас дома. Там вон метель надвигается! Совсем ты не заботишься о парне! А если трахнется дорогой с кем-нибудь! Ох, упаси Господь!
"Трахнется" он! Знаем таких! Хлебом не корми, дай потрахаться! - от накатившейся, как сугробы на улице злости я заскрежетала зубами так, что это и моя полуглухая прародительница, наверное, услышала.
— Максюня, выйдем! — прошипела я змеёй и раненым зверем заметалась по прихожей:
— В общем так, ГорЕцкий, оделся и выматывайся отсюда! И чтобы я тебя до завтра не видела, и не слышала! Усёк?
— Усёк, но не могу, Аврора Алексеевна! — этот идиот расцвёл, как первый подсежник. Как душистый ландыш, блин!
— Почему это?
— Так это, выпил я. - пытаясь собрать обратно трещащую по швам улыбку, напомнил он.
— А я тебя просила пить? — орала я шёпотом, чтобы родные не услышали.
— Ну, так это…
— Что это? — за сегодняшний день я и так порядком поразбрасывалась нервными клетками, но Максим решил не останавливаться на достигнутом и забить последний гвоздь.
— Не мог же я отказать старушке! — улыбнулся он идиотской улыбкой.
Я поражённо развернулась и побрела в сторону гостиной, в который раз пыталась сообразить: он реально дурак или прикидывается? Порой мне кажется, что ещё более идиотского поступка просто невозможно совершить, но этот придурок раз за разом рушит все мои представления. Удивляя виртуозностью своего дебилизма.
А тут ещё и папа решил выйти:
— Аврора, Максим, ну, что вы как не родные? Праздник начинается. Только вас и ждём.
— Папочка, — постаралась я улыбнуться и при этом не изобразить оскал Джаконды. — Я сейчас приду, а у Максима ещё дела есть. Поэтому он уходит!
— Да нет, — намного искреннее меня изобразил улыбку этот на голову ушибленный. — Нет у меня никаких дел. Единственное, Аврора не предупредила, что у вас юбилей. А то так бы я подарок прикупил...
— Ага, — проворчала я себе под нос. — В секонд хенде или на блошиным рынке, не иначе.
В общем, избавиться от мужчины мне так и не удалось. А потому весь вечер я провела бок о бок с водилой. Кстати, чувствовавшим себя в кругу моих родных, как рыба в воде.
- Кому тортик? - пропела мама, ловко нарезая неверотной красоты лакомство.
- Максиму не нужно. У него аллергия на сладости, - ну не могла я не отомстить за недавнее враньё о сладком чае. - Правда, Макс?
- Вообще-то, я и так не собирался... Я на "дефиците". - шепнул он, предназначенную только для моих ушей информацию, - В последние дни вплотную занялся мышцами пресса. Нужно немного рельеф проявить. Вы как считаете, Аврора Алексеевна? Вы-то видели...
- Одназначно, нужно. Там жира... Я бы на твоём месте и от горячего с салатами отказалась. Вон - овощную нарезку трескай с такой-то жировой подушкой!
- Ах, Аврора Алексеевна! Вот обожаю эту вашу манеру во всём со мной не соглашаться. Иногда доходите до абсурда! - довольно прищурился он. - У меня идеальный пресс. И это трудно не заметить.
- Тоже мне! Расхваливает он себя! Замечает тот, кто глазеет. А я не рассматривала твои тщедушные телеса!
- Опять абсурдное замечание. Рассматривали. Ещё как газели! - он расплылся в улыбке награждённого всеми премиями мира.
Ну всё!
- Извините, отлучусь ненадолго, - я поспешно выбралась из-за стола, при этом несколько раз задев своим коленом его "костыли" и закрылась в ванной. Ополоснула лицо прохладной водой, рискуя смыть искусно наложенный тон. Что этот тупой пень себе позволяет? Флиртует напропалую! Немного уняв раздражение и трясущиеся руки, я направилась обратно, но притормозила, заметив в конце коридора Олега. А вот и отличная возможность указать водиле, где его место!