Глава 35
- Фух! Бабуля, Ваша солянка просто очумительна! Я аж весь вспрел, как Пахнутий Афанасич! - довольным, домашним котом урчит Макс и откидывается в кресле в комнате ба.
- А что за Пахунтий? - нет, ну она прям вся во внимании. Словно сейчас срочный новостной выпуск будет слушать. Экстренный. Вопрос жизни и смерти, блин.
- Не Пахунтий, а Пахнутий. Да работал я как-то шоферюгой на заводе...
Что ты! Как скривился, произнося "шоферюга"! Можно подумать, что сейчас он директором работает! Даже владеет чем-нибудь, не иначе.
- В общем, был у нас там мастер - Пашка Емельянов. Толстый такой, кило под двести. Постоянно потный и пахнючий ходил. Вот отсюда и кликуха...
- Макс! - рявкнула я так, что у ба бутылку с недопитым в прошлый раз коньяком чуть из рук не выбило. Ишь ты! Полезла уже в сервант. Старается для своего любимчика! - Хватит! Сворачивайте ваши дружеские посиделки. Мне ещё на съёмки сегодня.
- На съёмки? А почему я не в курсе, Авророчка? - отвлекается от своих россказней Макс, но рукой всё же тянется к любезно поставленной для него, но пока ещё пустой рюмке на ножке.
- А потому что ты слишком занят своими байками.
- Ревнует! - скрипуче тянет бабуля с львиной долей самодовольства в голосе и хитро подмигивает своему новому дружку.
- Ба, ну ей Богу... - слов нет. - Ладно. Вызываю такси. А ты как хочешь. Хоть до утра тут сиди, если бабуля не против. Бухай! Кури...
- Ладно-ладно, Авророчка. Едем. - Как-то слишком рьяно подорвался Макс.
- Да ты сиди! Чего уж там... Я и сама доберусь.
Мнётся, жмётся, не решается что-то сказать.
- У меня денег нет на такси. Последние на сигары потратил.
- Во-от! Во-от! И я о том же. - Да, уж. Нетрудно было догадаться. А со стороны выглядело, как будто не хотел, чтобы я одна ехала.
- Бабуля, давайте! До следующего раза. Выпьем ещё Ваш коньяк, не переживайте!
- Да, да... - задумывается и устремляет свой деловитый, острый взгляд в окно. - На свадебке вашей...
Шепчет последние слова так тихо, чтобы только мне, стоящей ближе к ней было слышно.
Вот ещё! Что за бредни?
Действительно опаздываю на эти незапланированные съёмки "В шоколаде", а тут ещё её выкрутасы!
- Пока, ба! Не провожай. - Фыркаю я и спешу к своим ботильонам. - Поторопись, Горицкий! Не забыл, что нам ещё твои конфискованные права перед начальством нужно как-то оправдывать?
| МАКСИМ |
- Жди, пока я закончу. Потом поговорим с Артёмом. Гладяшь, найдёт для тебя что-нибудь подходящее. - Поправляет облегающий её, как вторая кожа костюм из белой синтетики. По типу перчаток, что надевают продавщицы в элитных ювелирных салонах.
- Да, да, да. Жду, моя дорогая! Что сегодня рекламируешь? - наводит кой на какие похабные мысли. Но лучше молчать. Сложно с этой женщиной. До невозможности нелегко.
- Не дорогая, а Аврора Алексеевна! Не забывай, я на работе. - Снова разглаживает и без того липнущую к телу ткань, чем приводит в боевую готовность мою, уже заждавшуюся "пушку". - Шоколад буду рекламировать. Бабаевский.
Ух, как интересно. А может, они там им мазаться собрались? В таком случае, надеюсь, что обойдётся без мужиков. Иначе, держите Горицкого - все пальцЫ понадламывает этим холёным моделькам, что посмеют лапать мою зазнобу!
Зазывно покачивая бёдрами, скрывается за той же дверью, что и в мой первый рабочий день. Когда послала за чёртовым "дальгона". Как знаково - первый и, скорее всего, последний мой "выход на сцену" в качестве водилы.
Бедная, переживает за "карьеру" Максюни, а я только и жду, что Артём меня уволит и отпустит на все четыре стороны. Всё бы ничего, но чувствую себя, словно два неприподъёмных валуна на спину закинули. Один - укрытие "подробностей" от Артёма, а второй - откровенное враньё Аврорке.
Желание признаться обоим, бередит душу, бурлит под кожей, а потом притихает. Моя совесть уходит в летаргический сон, навеянный тёплыми мыслями о помещении на Краснохолмской и рождающимся в голове планом его перепланировки.