- Угу. Всё, Злат, покааа, – сбрасываю звонок и прячу пылающее лицо в ладонях. – Кошмар…
Вечером домой возвращается отец. При взгляде на него сразу же понимаю, что что-то не так. На лице отчётливо читаются смешанные чувства беспокойства и раздражения.
- Привет, пап, – делаю вид, будто у меня всё как обычно. С беззаботным видом подхожу и целую в щёку. – Как дела на работе?
Может, у него проблемы с партнёрами или ему не понравился новый водитель?
- Лизок, мы с Игорем Владиславовичем на стройке торгового центра полдня проторчали. – Отец, охлаждая мой пыл, придерживает за плечи и впервые за всю мою жизнь отстраняется. Упоминание имени губернатора придаёт этому жесту особый оттенок. – Я весь в пыли. Мечтаю о ду́ше и чашке нормального кофе.
- Конечно, прости, – размыкаю объятия и отступаю на шаг. – Ты только кофе или ужинать будешь со мной?
- Буду, – кивает отец задумчиво и уходит к себе.
Вновь мы встречаемся минут через двадцать. Отец появляется в кухне с мокрыми волосами и в банном халате.
К этому времени я успеваю нарезать овощи и приготовить салат и соус к нему, и разогреть картошку с мясом.
Мы садимся за стол и какое-то время едим в напряжённом молчании. Я не решаюсь начать разговор, а отец, видимо, занят своими мыслями. Только когда обе наши тарелки оказываются на две трети пусты, тишину нарушает первый вопрос.
- Как учёба идёт? – По глазам отца вижу, что это только предлог, чтобы начать разговор.
- Всё нормально, – отвечаю так же формально.
- А как тебе новый водитель? Довёз без проблем? Лишнего не позволял?
Едва не давлюсь куском помидора.
- Шофёр как шофёр, – пожимаю плечами, изо всех сил стараясь не покраснеть. – Аккуратный и вежливый.
- Хорошо, – кивает отец, не отрывая взгляд от тарелки. – Как погуляли вчера с подругой?
- Нормально. Натанцевались так, что до сих пор мышцы болят.
Они, кстати, правда, болят. После танцев с Глебом в его внедорожнике.
- Лизок, я хотел обсудить с тобой. – Отец отодвигает пустую тарелку. Он, наконец-то, прекращает нелепые хождения вокруг и около и решается на серьёзный разговор. В том, что он серьёзный, не сомневаюсь. – Я сегодня говорил с губернатором. В следующую субботу они с Ладой приглашают нас в гости.
Лада – это жена губернатора и мама Марка. А значит, то, для чего нас приглашают, вполне очевидно.
- Они хотят обсудить свадьбу с Марком? – спрашиваю открыто.
Как донести до отца, что Марк мне не пара? Останься он единственным представителем сильного пола на всей планете, всё равно б за него не вышла.
- Насколько я понял, Марк в субботу официально сделает предложение, – поясняет отец.
- Предложение? Марк? – Еда застревает в горле, и я долго кашляю, прежде чем вновь могу говорить. – Пап, делай со мной, что хочешь. Но я за него не выйду.
- Это почему же, позволь спросить? – Отец сдвигает брови углом к переносице. Злится.
- Да он же полный придурок! Он деньги отца проигрывает онлайн целыми пачками, с девчонками лижется прям посреди универа. Меня не стесняется даже. – Я загибаю пальцы, перечисляя все недостатки Марка. – Ты желаешь мне мужа, который пьёт всё, что горит, и трахает всё, что на пути встречает?
Выпаливаю всё это в надежде, что буду услышана. Наивная дура…
- Тем лучше, Лизок. – Отец становится вдруг настолько спокойным, что у меня опускаются руки. – Быстрее скопытится. А ты станешь очень богатой, свободной женщиной. Вот тогда и будешь сама женихов себе выбирать.
- Паап, ты что говоришь-то такое?!
Я просто в шоке. Пытаюсь достучаться до него, но без толку.
- Лиза! Пока живёшь в моём доме за мой счёт, будешь делать, как я скажу! – Отец ударяет кулаком по столу. Затем широким размашистым жестом показывает на дверь. – Или вон, на вольные хлеба иди! Хоть сейчас, я держать не стану. Двери открыты.
- Паап… – Губы дрожат, и пальцы совсем холодные. – А как же любовь? – спрашиваю, не веря собственным ушам.
Неужели он, правда, способен, выгнать на улицу меня, родную дочь? Лишь потому, что не хочу замуж за богатенького мудака?