«Тэ — э — э — кс, подумаем… если в семнадцать тридцать две мне надо быть на Курчатова, значит в семнадцать двадцать две я должен проехать Сокол. И даже не Сокол, а уже круг на улице Алабяна. Ну чего, хватит мне от депо до Алабяна двадцать минут? Или рвануть пораньше?»
Главное к заветным числам в расписании оказаться в нужном месте. Тогда всё. Ты встал в расписание и можешь не беспокоиться. Работай потихоньку. Хуже если опоздал минут на пять. На тот же круг на улице Алабяна. Тогда впереди тебя влезет другой маршрут (который должен быть за тобой) и будет тебя «тянуть». Ему ведь ехать — то по расписанию. И хорошо если будет «тянуть» лишь какое-то время, а не всю дорогу. И совсем плохо, когда ты везёшь опоздание минут на пятнадцать. В этом случае тебя может «срезать» (опередить) твой же собственный маршрут. Не понятно? Ну, это если пятнадцатый маршрут, идущий с опозданием из депо, опередит пятнадцатый же маршрут, работающий на линии. Водители ведь знают расписание только то, которое перед глазами. И о том, что должен выйти вагон из депо понятия не имеют. То есть в принципе имеют но им до тех, кто едет из депо, столько же дела сколько рыбе-луне до мумии Ленина. Словом, в данном случае придётся ехать следом до самой конечной. И только там по-быстрому отмечаться у диспетчера и срочно выезжать на линию, вставать в расписание. Теперь понятно, почему никто не любит опаздывать? Трамвай это вам не самосвал какой-нибудь. Его просто так не объедешь. Даже матерясь.
Так вот. В тот мой первый раз я сделал всё так, как меня и учила Лена. Приняв вагон, везде расписавшись и отсчитав положенное время, я вновь включил управление. Трамвай загудел и завибрировал всеми своими чудными железками. Я ещё какое-то время помучался с выравниванием зеркала справа, дабы на линии не прыгать и хорошо обозревать входящих пассажиров, и наконец, устроив его как надо, уселся в кресло. Что это за чувство, когда вы сидите в кабине трамвая и готовитесь выехать из депо? Не знаю, у кого как было, но у меня отчего-то всегда возникало ощущение комфорта и лёгкого волнения радости. Да-да, именно так. Чувство комфорта возникало тогда, когда ты уже всё настроил, заполнил, проверил, установил как надо зеркала, подсунул штырь как тебе же удобней под кресло (без штырей они часто оказывались слишком низкими, кривыми, скрипучими и вообще хрен знает какими — вариантов миллион), и вот всё! Можно ехать. А ощущение радости приходило от осознания того, что сейчас ты покинешь пределы этого трамвайного дурдома, со всеми его наставниками, диспетчерами, бабками с мешками, слесарями и так далее… и хоть на какое-то время останешься один.