— Майкл, — начинает он, без особой нужды ощупывая непривычный узел на шее. — Мне нелегко говорить об этом. Но где-то здесь у нас сидит человек, который слил в газеты информацию про наши… маленькие проблемы. Понимаешь, проблемы, которые касаются только нас и больше никого.
О-о, как он волнуется. Весь бледный как смерть, нижнее веко дергается, чего я раньше за ним никогда не замечал. Я опять испытываю противоречивые чувства: мне одновременно легко и радостно и как-то тяжело в груди. Мне нравится видеть врага, который мучается, но ведь он может быть и очень опасен.
— Серьезно? И кто бы мог это сделать?
Умоляю, не отвечай.
— Трудно пока сказать, но я обязательно узнаю. Майкл, мне нужна твоя помощь.
Он снова называет меня просто Майклом. Понимаю, у нас тут откровенный мужской разговор, но от этого мне почему-то слегка не по себе. Я хочу сказать, что, в принципе, ничего не имею против того, чтобы использовать подхалимов в качестве орудия Немезиды, но ему не стоит подлизываться и делать вид, что мы с ним старые приятели. Если, конечно, я правильно его понял.
— И как ты это себе представляешь?
Неужели ты, козел вонючий, воображаешь, будто я стану для тебя что-то делать?
— Ведь ты когда-то работал журналистом, верно?
— Я вроде и сейчас не трубочист.
А ты откуда пришел на телевидение, а? Ах да, ты у нас прямо из университета.
— Ну да. И все-таки ты бы мог поговорить со своими старыми знакомыми? Может, с кем-нибудь, кто знает эту тварь Кливера. Кто мог бы как-нибудь разузнать, как он все это раскопал.
Он что, серьезно? Нет, он на самом деле серьезно. Ну и болва-ан!
— Ну что, можно, конечно, попробовать. Но если этот парень — как, ты сказал, его зовут, Кливер? — если он настоящий профессионал, он ведь помирать будет — не выдаст свой источник.
О, как я надеюсь на это!
— Как сказать, как сказать.
Я снова стал падать духом.
— Что ты имеешь в виду?
— Я разговаривал с этим ублюдком. Он имел наглость позвонить мне… Боже мой, сколько у них все-таки нахальства, у этих продажных писак. Представляешь, он сразу же признался, что в «Бельведере» у него сидит свой стукач. Даже назвал его «он». Думаю, он был слегка на бровях, что неудивительно — он мне такого наговорил…
Так, «стал падать» вычеркиваем. Вставляем «упал». Клайв встает, чтобы уйти.
— Майкл, я обязательно найду этого… предателя. У нас в «Бельведере» таким людям не место. Подумаешь, чем сможешь помочь?
— Конечно. — И чувствую, как на верхней губе у меня проступают капельки пота.
— Кстати, отец Оливии снова пришел в себя. Но кажется, у него расстройство речи. Он говорит, но каким-то странным голосом. Врачи сейчас пытаются определить, каковы могут быть последствия. — И, отвесив мне тошнотворный поклон «настоящего мужчины», он выходит.
Так много разных мыслей роится у меня в голове, что я не могу удержаться, чтобы быстренько не записать их в своей памятке.
1. С каких это пор Клайв стал так заботиться об интересах «Бельведера»?
2. Не был ли его разговор косвенным обвинением против меня? Он как бы говорил, что доказать пока не может, но знает.
3. Знает ли Оливия, что я знаком с Дэйвом Кливером?
4. Поймет ли она, что это тот самый Кливер, который явился причиной неприятностей Клайва?
5. Знает ли она, что у Клайва неприятности из-за Дэйва Кливера?
6. Теперь, когда он выздоравливает, сможет ли она связать все эти факты вместе?
7. Где Ясмин?
8. Что сказать Хилари про вчерашний вечер?
9. Предупредить Стива.
10. Я был прав, говоря про форменные ботинки.
5
Снова плохие новости. Хотя нельзя сказать, что неожиданные. Электра Фукс ушла из шоу «Помешивай чаще». Видать, не по вкусу ей пришелся контраст между изысканной едой и рутиной арестантской жизни. То есть именно то, что ей сразу понравилось в этом шоу, теперь, видите ли, не нравится. В нашем деле такое всегда можно ожидать. Но, по словам Монтгомери Додда, который только что звонил, она «примеряется» к шоу «Милые ребятки — пушистые зверятки», которое пока сохраняет свое название в точности, четыре слова и ни словом больше. Так что сегодня до обеда моя задача — придумать для ее дрянного канальчика программу, которая бы по всем параметрам подходила к этому названию. Естественно, я курю одну за другой — и вообще, куда подевалась Ясмин? Желаю еще раз послушать ее байки про то, как сигареты мешают сосредоточиться. И изо всех сил пытаюсь сосредоточиться и представить, как можно сделать эту дурацкую программу. Лучше всего найти какого-нибудь известного ветеринара (интересно, существуют на свете ветеринары-педиатры?) и устроить так, чтобы он принимал какие-нибудь мудреные роды. Скажем, любимой коровы фермера на его экологической ферме. Или первый в жизни помет элитной шотландской ищейки (ах, какие у нее узкие бедра!). «Маленькие чудеса матушки-природы» — вот так мы назовем это. Может, взять еще кого-нибудь — ту же Анжелику Даблдей, будет мелькать там, где надо. А может, стоит еще раз задействовать такую нестандартную фигуру, как Рольф Харрис с его «Больницей для животных». А может, и Николаса Парсонса. Или Дэйва Ли Трейвиса.