Лицо Луизы стало серьезным.
- Возможно это так...
- А? Да ну?
- Используя квадратное заклинание Земли "Чеканное золото", можно создать этот металл. Но, знаешь, почему в нашем мире до сих пор используются деньги?
- Нет.
- Говорят, маг-квадрат просто не может использовать заклинание такого уровня много раз. Это слишком ненадежно: в одном случае восстановление душевной энергии может занять неделю, в другом - месяц. Кроме того, количество золота, которое можно получить таким путем, очень мало. Поэтому мы используем деньги.
- Хм...
- Иначе говоря, сильные заклинания требуют много душевной энергии, которая будет дольше восстанавливаться. Возможно, это относится и ко мне.
- Тогда... Когда ты сможешь снова использовать свое заклинание...
- Не знаю. Через месяц... или, может быть, через год...
Луиза задумалась.
- Или десять лет...
- Не говори такие страшные вещи.
- Но, было очень удачно.
- Ох, ладно. Никто толком не знает о Пустоте. В любом случае, мощь заклинания была продемонстрирована. Других подобных заклинаний просто нет.
"Да, у нас слишком мало информации. Ох, моя подстилка..." - произнес Сайто, глядя на разбросанные повсюду клочья соломы.
"Все нормально, даже если нет подстилки", - пробормотала Луиза, краснея сразу по нескольким причинам.
Ух! Сайто затаил дыхание от увиденного. Это! Он пришел в восторг от того, что девочка продемонстрировала ему, сама того не зная. Подол надетой на ней куртки задралась до самой Луизиной попки. "Еще немного, чуть-чуть", - он украдкой взглянул.
Сайто инстинктивно схватился за нос. Из-за его жеста Луиза вдруг все поняла. Мгновенно она вскочила на ноги, одернула подол куртки и стала красной как помидор.
- А! Ты видел! Ты видел, видел! Ты ви-и-и-дел!
"Сама виновата, что не носишь трусики!" - Сайто тоже закричал.
- Я не могу в них спать, так было всегда.
- Всегда, да?
Луиза закусила губу и с шорохом юркнула под одеяло.
- Спать!
Сайто неохотно скользнул под край одеяла. Но тут же услышал обиженный голос Луизы:
- Спи в соломе, глазастый подручный.
- Но она разбросана.
Хотя еще некоторое время слышалось обиженное сопение Луизы, она все же успокоилась. "Ах", - в мыслях о матроске, которую он отдаст завтра Сиесте, Сайто уснул.
Глава 3: Ревность Луизы и матроска
Сайто лежал ничком на земле в освещенном искрящимся солнечным светом дворе Австри и неистово дрожал. Затем он поднял лицо, посмотрел на произведение искусства, которое создал, и снова от возбуждения повел себя как полоумный.
- Ах, ах, ах...
Его дыхание стало горячим, биение сердца достигло своего апогея, и окружающий мир превратился в утопию.
Сайто тихо забормотал:
- Трепещи, мой пульс.
- Волнуйся, мое ностальгирующее сердце.
- Трепещи сильнее и сильнее, как в лихорадке. Будь благословенен мой гений...
- Ангел спустился с небес. Сюда спустился... Я счастлив, что жив...
Сайто вцепился в траву, растущую на земле, и громко прокричал: "О-о-о-о-о-ууууууууууууу! Я - ГЕНИИИИИИИИИИИИИИИИИИИЙ!".
Потом указал на ангела, стоящего перед ним.
- Сиеста, ты ВЕЛИКОЛЕ-Е-Е-ПНА!
Ошеломленная девочка во все глаза смотрела на его агонию и восхищение.
- Сайто... странный...
Она пробормотала это непреднамеренно. Но это было правдой, настолько необычно он себя вел.
- Н-но, эта одежда...
- Ч-что? Что не так? Есть какие-то недостатки?
Сайто энергично подскочил к Сиесте.
- Н-ну... это - военная форма, ведь правда? Не думаю, что я хорошо выгляжу в ней...
- Не говори глупостей!!!
Пугающее поведение Сайто вынудило Сиесту вскрикнуть и отступить назад.
- В э-э-этом! Ми-и-и-ре! Это, безусловно, - морская форма! Но-о-о! В моем ми-и-и-ре! Девушки твоего возраста носят ее в школу. Хо-о-о-дят в этой современной форме!
- Я-ясно...
Ах, Сайто очень странный...
Мальчик кричал, словно полоумный:
- В моем мире это называется матроской! Я сло-о-о-вно переродился!
Сиеста размышляла: "Вот он о чем... Это - одежда с родины Сайто..."
Прошлым вечером он пришел к ней и протянул морскую форму, его лицо было напряженно. Когда Сайто сказал: "Я приготовил это для тебя, чтобы ты надела", - девочка действительно подумала, что он рехнулся.
И все-таки, Сиеста была счастлива, что он купил ей одежду.
А сейчас мальчик восхищался ее нарядом, и она чувствовала себя окончательно влюбленной.