— Значит, мы имеем дело с копией другого документа?
— Я абсолютно в этом уверен. Евангелие и вся книга древнее, чем мы предполагали, чуть ли не на целое столетие. Не исключено, что Евангелие от Иуды — первое христианское сочинение, дошедшее до нас в нетронутом виде. Мы с Эфраимом обратили внимание на то, что в нем постоянно упоминается послание некоего Элиазара, но там не сказано, кто он такой и какую роль играл в жизни Иуды.
— А как по-твоему, кто это мог быть?
— Пока не знаю. Надо подождать до завершения перевода. Сейчас могу тебе сообщить, что Элиазар, судя по тексту, возглавлял какую-то раннехристианскую секту или был человеком, близким к Иуде.
— Допустим, его учеником, да?
— Может быть. Представляешь? Вдруг Иуда Искариот не повесился в долине Гееном после того, как схватили Иисуса? Может, существовала крупная христианская секта, члены которой верили в то, что предательство Иуды, описанное в Деяниях апостолов, совершилось по повелению Иисуса? Вообрази себе Иуду Искариота, избранного ученика, который служит знаменем для тысяч верующих. Что почувствуют руководители католической церкви, когда узнают, что ее краеугольный камень — вовсе не Петр, а Иуда? — стал пылко излагать Херман, увлеченный своими новыми теориями.
— Ты считаешь, что этот Элиазар был последователем Иуды, а не Иисуса?
— В книге ему отводится важная роль. Может быть, его фигура является ключевой для понимания происхождения христианства а также церкви и Ватикана в том самом виде, в каком мы их знаем.
— Спасибо, Берт. Мне нужно еще раз услышать Сабину. Да, и поблагодари от меня всех за блестяще проделанную работу. Надеюсь, я еще раз увижу вас до того, как вы закончите биться над книгой и разъедетесь по разным странам.
— Даю Сабину. Пока, Афдера.
— Алло. Это снова Сабина.
— Извинись от моего имени перед Джоном. Мне очень надо было узнать дату написания книги. Боюсь, я довольно резко оборвала его.
— Не беспокойся. Ученые порой бывают довольно занудными, сыплют всевозможными сведениями, думая, что всем все понятно, — негромко сказала реставраторша.
— Пришли мне, пожалуйста, как можно скорее результаты анализа.
— Я сегодня же вечером возьму их у Джона, сниму копию и отправлю тебе экспресс-почтой.
— Большое спасибо. Что бы я без тебя делала! Я у тебя в огромном долгу.
— Ты сможешь вернуть его, когда поговоришь с инспектором Грюбером и расскажешь мне то, что он сообщит тебе о смерти Вернера.
— Обязательно, Сабина. Пожалуйста, будь осторожна. Не доверяй никому.
— Кого ты имеешь в виду?
— Еще не знаю, но думаю, что скоро смогу тебе сказать. Будь осторожна и держи меня в курсе работы над переводом.
Афдера предпочла закончить разговор и позвонить Агилару отдельно, а не просить Сабину перекинуть звонок. Она подумала, что так будет безопаснее прежде всего для самой Сабины.
Через несколько секунд в трубке послышался голос директора:
— Добрый день, госпожа Брукс. Вы, наверное, хотите сообщить о вашем решении относительно книги?
— Да. Мы решили согласиться на предложение вашего таинственного покупателя и продать ее, конечно если он принимает наши требования. Хочу также сказать, что не пойду ни на какие изменения в них. Покупатель должен письменно подтвердить свое согласие на все шесть условий. Если хотя бы одно из них будет нарушено, то это станет предметом судебного рассмотрения. Мы с сестрой потребуем вернуть нам книгу, а сами возвратим деньги, кроме одного миллиона долларов. Эта сумма составит компенсацию за ущерб. Если вы согласны, то Сэмпсон Хэмилтон, наш адвокат, свяжется с вами для подготовки договора. Он также сообщит, в какой банк следует перевести деньги.
— Госпожа Брукс, я вижу, что у вас сложилось очень ясное представление о будущем договоре.
— Да. Передайте покупателю, что если он согласится, то все пойдет как по маслу. Очень приятно было иметь с вами дело, господин Агилар.