На передачу информационного пакета в её «нейр» и краткий инструктаж ушло ещё минут пять, но это время не пропало без толку — мы попутно наведались к тайнику, в который я накануне запрятал «камешки», те, что приволок Агуэй под управлением Толяна, и захватили с собой по три штуки разного размера. Да, перестраховались. Но с некоторых пор я стал куда больше доверять отцовскому опыту, а потому поддался паранойе. Уж лучше перебдеть, чем недобздеть, как выражается дядька Митяй.
Ну а дальше… дальше всё просто: «просачивание» в «изнанку», переход в «хаб»-тройку, наведение из «таможенного поста» на «Иддию-4» и совместный «прыжок», пусть и только с третьей попытки. Первые две закончились неудачей из-за погрешности расчётной поправки для координат точки прибытия. Всё-таки и цель не особо крупная по сравнению с планетой, и расстояние куда больше, чем обычно. А ещё мы изрядно поторапливались, поскольку перед самым нашим «просачиванием» в Паутину вайгожэнь осуществили очередной — уже третий после моего бегства с «транзитки» — «залп» из резонатора. И на этот раз эффект ощутился даже на поверхности планеты, настолько даже не мощной, а «дальнобойной» получилась волна искривления. Тут и Лиу Цзяо поневоле всполошился, заявив, что ещё чуть-чуть, и вайгожэнь добьются своего. Ну или сдохнут в процессе, с высокой долей вероятности захватив с собой на тот свет и всех остальных обитателей системы Иддии. А нам такое на фиг не надо. Так что пришлось ускориться.
В общем, если с попытками не задалось, то с точкой выхода мы угадали весьма точно — вывалились в обнимку с Эмилией в том самом вестибюле, где я не так уж и давно устроил разборку с почившим Вэнь Гуанмином. И моментально включились в работу. Вернее, Ли включился, поскольку нам с Милли пока что делать было нечего. Всё упиралось в скорость, с которой мой искин сумеет перепрограммировать прыжковый генератор одного из спасательных ботов станции. Понятно, что местную локалку Ли уже давно под себя подмял, и за время нашего отсутствия ситуация критически не изменилась, несмотря на все старания айтишников альянса, запертых в «пузыре». Но беда в том, что у спасательных средств тройной защитный контур и крайне затейливая процедура идентификации, исключительно для того, чтобы местные подростки не смогли их угнать. Когда-то давно прецеденты случались — от скуки некоторые здесь начинали лезть на стену уже через пару недель — вот командование и озаботилось. Теперь, чтобы эвакуационные боты «проснулись», необходимо, чтобы станция действительно терпела бедствие. Ну, или капитан должен своей властью санкционировать соответствующий режим. Вот на имитацию такой команды у Лиу Цзяо и ушло больше трёх минут. А потом ещё примерно столько же на отладку подкорректированного софта генератора. Итого, с учётом «прыжка» с Гессионы, уже почти девять минут. Ещё чуть-чуть, и последует очередной «залп»… но с этим ничего нельзя поделать. Остаётся только надеяться на благоприятное развитие ситуации, то есть что до активации резонатора в нашем распоряжении имеется хотя бы пять минут. А лучше семь, потому что нам нужно примерно четыре, чтобы отстыкованный от станции перепрограммированный бот аккуратно, буквально на «цыпочках», вышел на заданную траекторию. От этого, кстати, будет зависеть если не всё, то очень многое. Например, выбор «камушка» из тех, что сейчас в наличии. Мы же не просто так набирали, кхм, «разнокалиберные»? Вот-вот.
Не знаю, кто там, в горних высях, услышал мои молитвы, но нам таки повезло — бот успел выйти на оптимум ещё до «залпа». Мало того, Лиу Цзяо за долю секунды оценил обстановку, просчитал вероятности и скомандовал: