— Вероятно, именно столько времени требуется для накачки энергией основного резонирующего контура, сяньшэн, — высказал вполне логичное предположение Лиу Цзяо.
— Да не! — отмахнулся я. — Нафига ты мне об этом сообщил?
— Чтобы вы были в курсе обстановки, сяньшэн, — с недоумением в голосе пояснил мой искин. — На тот случай, если сочтёте необходимым что-то предпринять.
— Предпринять что? — перебил я помощника. — Ли, ты как вообще себе это представляешь? У тебя есть доступ к сети этого самого резонатора?
— Ответ отрицательный, сяньшэн, — отмазался «мини-гекс». — Но, полагаю, я мог бы попытаться… особенно при помощи «единения»…
— Сколько на это уйдёт времени?
— Недостаточно данных для анализа, сяньшэн.
— Тогда забей! — велел я. — В данный момент с этой дурой мы ничего поделать не можем. И передо мной сейчас стоит более актуальная задача — выжить! А потом… собственно, если я выживу и восстановлю функционал «слезы ангела», то проблема резонатора решится сама собой. Я думаю, где-то в течение получаса, край минут сорока.
— У вас есть план, Ван-сяньшэн? — оживился Ли.
— Есть. Вернее, у меня есть мысль, на основе которой можно разработать план. Но он будет бесполезен, пока действует «глушилка»! — отрезал я. — Так что не отвлекайся на мелочи, просто фиксируй всё происходящее.
— Принял, сяньшэн.
— И это… давай уже пену попробуй, чего тянуть?
— Процесс активирован, сяньшэн.
Н-да, это я вовремя подсуетился — как раз впереди у Вэня очередной кусок коридора, причём не такой длинный, как все предыдущие. И створки раскурочить он ещё не успел. Так что Ли снова их активировал, предварительно задействовав последнее средство борьбы за живучесть станции. А именно, ту самую пену, которой забивают все доступные полости, чтобы изолировать тот или иной отсек от смертельного дыхания космоса. Например, когда корпус пополам разломился, или целиком всю стенку вынесли — не важно, ракетой, или просто пропороли при столкновении. Суть в том, что пена впрыскивается за секунды, и за те же секунды… вспенивается, что же ещё? Но вспенивается не за счёт воздуха, а за счёт азота или ещё какого-нибудь инертного газа, не способствующего горению. Вот и сейчас защита сработала выше всяких похвал: как только штатные створки разъехались в стороны, а гильотинная поднялась вверх, Вэнь Гуанмин упёрся носом в ноздреватую бежевую стену. Впрочем, остановило его это ненадолго: для верности ткнув кулаком в препятствие и убедившись, что ударная нагрузка пену не впечатлила, Вэнь на несколько мгновений застыл неподвижно, а затем, как только защитная сфера вокруг него заиграла мелкими оранжевыми всполохами, уверенно попёр вперёд. Да-да, прямиком в толщу ноздреватой массы. И та, что характерно, раздалась перед ним во все стороны, сохраняя в целом полусферическую конфигурацию.
— Как горячий нож сквозь масло! — не сдержал эмоций Толян. — Знаете, такое, сливочное… жёлтенькое, податливое…
Вот ведь гедонист хренов! С другой стороны, в образности мышления ему не откажешь.
— Скорее, как горячая ложка, которую на шмат масла положили, — всё же поправил я бывшего «иновселенца». — Но аналогия весьма близкая, молодец, Толик!
— Спасибо, сяньшэн.
— А не подскажешь, как он это сделал? — развил я мысль.
— У меня есть кое-какие предположения, сяньшэн, но… смотрите!
Ага! Упёрся! В смысле, Вэнь. Мало того, ещё и назад попятился, по свежепроплавленному тоннелю. Зрелище, кстати, феерическое. Где ещё такое увидишь? Обычно спасателям, чтобы добраться до застрявших в толще пены пострадавших требуются десятки минут, а в особо сложных случаях даже часы, а тут за какие-то секунды Вэнь метров на пять продвинулся… а потом остановился, невозмутимо развернулся и побрёл обратно. Размеренно, тщательно выбирая место, куда опустить стопу, и чуть покачиваясь. Гипнотический эффект, право слово! Я чуть в «псевдосамадхи» не соскользнул, но упёрся «внутренним взором» в обретшую чёткость «слезу ангела» и от неожиданности вздрогнул, вывалившись в жестокую реальность. И только потом осознал, что именно сейчас произошло. Что, впрочем, не помешало мне снова «потянуться» к артефакту и убедиться, что тот и впрямь начал слабенько, но отзываться. Такое ощущение, что ещё бы чуть-чуть, самую капельку, и я бы сумел если не «просочиться» в «изнанку», то хотя бы разглядеть «нити» и «бечёвки» уже прописанных в «память» «слезы» межпространственных маршрутов. Но не срослось — в последний момент артефакт начинал дрожать и вибрировать, отчего его контур размывался и не давал сосредоточиться для перехода в «псевдосамадхи».