- А, где ж ваш крестный отец? Этот уважаемый господин юрист, – с ноткой отвращения спросил Гаспар.
- Ещё не вернулся, он набирается практики в Европе. Обмен опытом, саммиты, собрания. Мы приглашали и его, но он весь в делах, - сказала Эмма.
- Как бабушка себя чувствует, Дани? – обратился к ней Эрик.
- Бабушка, наш ангел, чувствует себя лучше всех: утро начинает с дойки любимых коров и козы, сбора яиц, потом огород. У неё большое хозяйство, и она никого не подпускает помогать ей. Все травы, специи, заготовки, всё нам отправляет через родственников.
- И никак не желает переехать к вам?
- Мы её так настойчиво звали, хотели, чтоб она перебралась сюда, но, увы, она никогда не бросит свой дом и жизнь в горах. Я ей все условия здесь предоставила, не комнату, а целую часть дома, даже хотела всё переделать под её собственную кухню. Но её ничем не заманишь.
- Старая гвардия, - засмеялся отец Эрика, - они не приемлют менять образ жизни, даже если это им во благо.
Повар подавал всё новые и новые блюда, приготовленные по всем правилам, а домработница выносила к столу напитки, свежеиспеченный хлеб и закуски, соусы к мясу и морепродуктам.
- Я так хотела сегодня побыть с вами вместе, в нашей теплой компании, отметить это превосходное событие, - сказала Эмма, - надеюсь, у детей обучение пройдет легко, и они смогут достойно продолжить дело своих отцов.
- Я всегда рядом, дорогая, - Гаспар по-отечески взял за руку Даниэлу, - всему научу тебя, введу в курс дела, можешь не волноваться. Кстати, я хотел бы произнести один важный для меня тост: почтить память моего брата Рафаэля, моей опоры, которую я потерял, а также вспомнить твою маму, Эрик. Маргарита была прекрасной женщиной, достойной, спокойной, настоящая светская львица. К сожалению, есть такие болезни, которые не спрашивают, какой ты человек – хороший или плохой, любят тебя или нет. Они просто побеждают над хрупким здоровьем, не давая шанса выжить. Давайте вспомним наших близких и поднимем бокалы.
Все гости стоя помянули ушедших, пригубили напитки, а потом молча сидели еще несколько минут. Каждый думал о родном человеке, которого потерял. Дани попыталась незаметно протереть глаза, наполнившиеся слезами, но скрыть жест не удалось. Гаспар понимающе приобнял племянницу. Отец Эрика решил прервать тишину за столом и начал разговор:
- Гаспар, как обстановка на предприятии? Стройки идут?
- Всё идет своим чередом, мы завершаем пару стройкомплексов и переходим к высоткам в новом элитном районе, а далее – коттеджный поселок в нескольких километрах отсюда, ближе к реке. Этот проект мы давно готовим, пришло время подготовки участка под строительство.
- Дани, - шепотом позвал Эрик, - пойдём со мной, я покажу тебе подарок отца за поступление. Извините нас, - обратился он ко всем гостям, - мы сейчас вернёмся.
- Дети, а десерт? Нас ждет ещё один кулинарный шедевр – торт в вашу честь, - хотела остановить их Эмма.
- Мы ненадолго, Эмма Азаровна, я вашу дочь на пять минут украду.
- Брось, Эмма, может детям надо побыть наедине, - подмигнув, сказал отец Эрика.
- Я надеюсь, не слишком далеко, да, Эрик? Дани? Ты меня услышала? – строгим тоном произнес Гаспар.
Даниэла закатила глаза, дав понять дяде, что идея «побыть наедине» ей тоже не понравилась.
Они вошли в гостиную и присели на диван. Из небольшой сумки Эрик достал планшетный компьютер самой современной модели и открыл на нём фотографии желтого спортивного авто.
- Помнишь, я в своё время просил у отца на совершеннолетие такую? Так вот, тогда он сказал, что мне ещё рано, что я должен порадовать его успехами в учебе. Одним словом, заслужить эту красотку. Машинка не дешевая. В общем, мы оформили предзаказ, на днях приедет мой эксклюзивный спорткар. В городе таких нет. Шестьсот лошадок, бешенная аудиосистема, комфортный салон. Все, как я мечтал. Ну, что скажешь?
- Скажу, что рада за тебя и твою семью. Будешь теперь катать маму с папой на пикник по утрам в красивом авто, - без особого интереса, сказала Дани.
- Она мне не мать! – чуть-ли не крикнул Эрик, - Извини, - опомнился он, - просто я её не перевариваю. То, что мне приходится жить с ней и отцом под одной крышей, это только ради него. Чтобы он не старел без женщины. Когда он один остаётся, лезет наружу его страсть к спиртному.
- Он ещё совсем молод, о старости думать пока рано. Может он ещё и ребенка сделает твоей мачехе. Не хочешь братика или сестрёнку? – практически издеваясь, спросила Даниэла.
- Ты о чём, Дани? Этого я точно ему не прощу, - сквозь зубы ответил Эрик, еле сдерживая гнев.