— Я помню, что также сидела с Итачи в ванной и любила делать подобное. Такое необычное чувство дежавю. Я почти каждый день спрашиваю себя и не могу дать уверенного ответа на этот вопрос. Неужели из-за безумной жажды силы человек готов отказаться от всего, что у него есть?
— Ну, у меня был отец, который был готов отказаться от всего ради получения того, что он хочет. Все предпосылки и намеки на то, что ему все равно на своих близких, еще с зародыша были видны как на ладони. В своих манипуляциях он использовал и убивал всех, кто вставал у него на пути. Была ли когда-нибудь Итачи такой в твоих глазах, Саске?
— Нет, никогда.
— Произошло ли перед этим что-то странное?
— Я… случайно услышала слухи о том, что Итачи подозревалась в убийстве Учиха Шисуи. После этого произошел какой-то конфликт, в ходе которого несколько членов нашего клана и даже отец говорили на повышенных тонах. Я не смогла понять, что именно произошло тогда. Итачи не была похожа на себя. Бросила кунай в знак нашего клана и будто была разочарована в них всех. Мне было просто… страшно. Я просто хотела, чтобы это закончилось.
— Ты была ребенком, что не хотел, чтобы его спокойная идиллия, комфорт и тихая жизнь закончилась конфликтом, который не имеет к тебе никакого отношения. Вполне возможно, что перед этим «что-то» произошло, а итог всего этого вылился в резню в вашем квартале. Все же, никто не будет посвящать в серьезные проблемы клана или твоей старшей сестры простое дитя.
— Ты действительно считаешь, что кто-то заставил ее все это сделать? Тот «Человек-В-Маске»?
— Я не могу ничего утверждать, но что я могу сказать с полной уверенностью, так это то, что людям свойственно лгать, создавать маски, скрывать истинные намерения лишь для того, чтобы добиться своей цели.
— Мне последнее время иногда начали сниматься сны о… о той ночи.
— Кошмары?
— Нет, такое чувство, что это… воспоминание. Запечатанное. Скрытое от моих глаз. Итачи стоит спиной ко мне и поворачивает в мою сторону голову, но ее лицо… оно будто скрыто от меня черной вуалью. Я пытаюсь дотянуться до этой вуали, сорвать ее и увидеть, что именно она чувствует, но каждый раз мне это не удается.
— Хмпф, гендзюцу, которое запечатывает какой-то участок памяти? Я о таком никогда не слышал. Возможно, в ту ночь Итачи не хотела, чтобы ты увидела ее лицо. — она тихо кивает и задирает голову, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Ты потерял двоих своих сыновей. Ты ведь желал отомстить? Как именно ты это планировал сделать?
— Хах, в моей доме мы называем это — плата кровью или «Wer-Gild»/Вер-Гельд на моем языке. Убийца должен в буквальном смысле «заплатить» за свое убийство того или иного человека. Чем выше ранг и достижения, тем выше была плата. Если же у убийцы не было необходимой суммы или это было слишком личное, то плата могла быть взята иначе. Мертвые не смогут заплатить за свое убийство. Мертвые просто остаются мертвыми и ничего не меняется. Я не мог убить убийцу своих сыновей в связи с его важностью. Всеотцу он нужен был живым до определенного времени. Да и в конце я осознал, что не смогу я убить его. Слишком он был силен, да и куда лучше меня.
— В таком случае, когда плата крови считается выплаченной?
— Когда ты сама считаешь, что она выплачена. Ты должна сама понять, что этого действительно достаточно. Все же, как по мне, ее убийство не способно вернуть твой клан или твоих родителей. Тебя действительно устраивает этот сценарий?
— А какой у меня выбор…?
— Выбор есть всегда. Сценарий будущего также всегда можно изменить. Нужно лишь желание и стремление к лучшему. Предположим, ты действительно превзойдешь Итачи и даже сможешь найти способ противостоять ее высшей форме шарингана, но если у тебя появится шанс не только победить ее, но и оставить в живых, ты воспользуешься этим шансом?
— Да.
— Что ж, мою первую проверку ты прошла.
— О чем ты?
— Я бы не хотел давать силу тому, кто будет опьянен желанием мести. Вся эта ситуация между тобой, кланом и Итачи вызвала резонанс в моей душе, который немного напомнил мою о прошлом.
— Расскажешь…?
— Как-нибудь в другой раз и даже, возможно, никогда. Я не горжусь этим, несмотря на то, что люди уважали и даже поклонялись мне за это. Мой самый знаменитый подвиг и мой самый ужасный поступок в моей прошлой жизни.
Я решил лишний раз не пугать ее и не создавать почву для новых фантазий, решив после предупреждения об окончании банных процедур покинуть ее, применив пространственную технику Четвертого. Уже на кухне я достал из пространственного кармана полотенце, вытер тело от влаги, окутал им свою нижнюю часть тела и достал из холодильника свежевыжатый апельсиновый сок. Самое то после принятия душа.