— Иногда, моя жизнь — это сплошная череда ошибок.
— Тогда, это повод получить из них какой-то полезный опыт или урок, который вы можете передать другим. Наследие.
— Ты… ты помог мне, Наруто. Ты помог мне найти ответ на вопрос, что я долгое время искал. Я никогда не смогу тебе отплатить за это.
— Хах, вы второй человек, что мне это говорит. Я просто натолкнул вас на то, что давно было перед вашими глазами. Еще увидимся. Все же, не думаю, что мы прощаемся, Эро-саннин.
— Э-эй! А это еще что за прозвище⁈
— Ну, так это вы страдаете от недостатка женского внимания, а не я.
— Ты не понимаешь в этом процессе главное азарт, опасность, интерес и…
— Проваливай уже, старик.
— Эй! Я не старик! Я — сильный мужчина в самом расцвете сил…!
Я устало вздохнул, прикрыл ненадолго глаза и достал из пространственного кармана свой молот. Медленно открываю глаза и начинаю отсчитывать вслух.
— Три…
— Наруто…?
— Два…
— Наруто! Подожди-подожди-подожди!!! Да, я же шучу!
— Один… — я уже замахиваюсь молотом для броска, когда тот, комично маша руками, быстро побежал в сторону резиденции Хокаге, по пути выкрикивая какой-то бред о том, что он самый добрый, лучший и еще в самом расцвете сил, и у него еще полно времени на свое будущее и наследие.
— Во имя Девяти, ну и клоун. — несмотря на тяжелый вздох, я все же под конец усмехнулся. Саске тоже тихо прыснула в кулак.
— Да, он умеет оказать на людей «особое» впечатление. Что-то смог узнать о моей проклятой метке?
— Да, с этими знаниями, думаю, я смогу выполнить задуманное в ближайшее время.
Третья Неделя…
Под конец третьей недели я наконец смог завершить модернизацию проклятой печати. Теперь при активации она не забирает чакру своего носителя, а впитывает окружающую природную чакру. Активация печати все также будет зависеть от эмоционального состояния. Пробуждать ее будут негативные эмоции. Конечно же, были некоторые риски использования печати. Как можно предположить, нагрузка на тело оказывалась колоссальная, а кроме этого было еще и духовное давление от самой печати. Негативная природная энергия давит своими эмоциями, уничтожает разум и доводит до состояния животного или монстра, ведомого лишь инстинктами убийцы или голодом. Животные не всегда убивают лишь ради добычи пропитания, иногда они делают это ради забавы или просто из кровожадности. Даже травоядные существа иногда поддаются этому чувству, пробуждая в себе несвойственные им жажду насилия и жестокость. Они делают это ради забавы или потому что получают от этого удовольствие? Это неважно. Важно лишь, что в этом и заключается суть негативной природной энергии.
Перед изменением печати я предупредил Саске о том, что время пришло. Несмотря на спокойное выражение лица, в ее глазах возникло возбуждение и в предвкушение. Все же, какой подросток не будет радоваться факту получения силы, верно?
За домом уже было приготовлено четыре свитка с начертанными на них пентаграммами и печатями. Саске опустилась в центр и также, как и в прошлый раз, была избавлена от верхней одежды и прикрывала свою грудь руками.
— Это будет больно. Значительно больнее, чем то, что я установил в лесу. Реконструкция займет минуту времени, но для тебя эта минута будет казаться вечностью. Твое тело будет гореть в огне, и ты не будешь способна его потушить.
— Ты умеешь обнадежить.
— Стараюсь. Просто не хочу, чтобы ты злилась на меня. Это твой выбор. Ты переступишь через свой текущий лимит или твой путь окончится прямо здесь и сейчас.
— Я не сдамся. Я почти готова на все ради силы, но я не буду ради нее жертвовать тобой…
Она про Мангекё Шаринган…? Она все еще думает, что меня это волнует? Хах, до чего забавное дитя.
Сложив печать концентрации, я приложил свою ладонь к ее затылку. Пентаграммы с печатями и формулами проплыли по воздуху красными «чернилами», впитывались в печать. Три томоэ в процессе впитывания плавились и изменяли свою форму на черный ровный треугольник, в центре которого была одна единственная «запятая» или томоэ. Все это время Саске дрожала и стонала, даже упала вперед и едва могла упираться руками, чтобы окончательно не упасть. Она в буквальном смысле сгорала изнутри, ведь печать повторно встраивалась в ее систему циркуляции чакры и меняла свою суть. Под конец «целой» минуты Саске наконец смогла облегченно вздохнуть и перевести дыхание. Все ее тело вспотело от нагрузки, а из уголков глаз вышли небольшие слезы от физической боли. Я протянул ей бутылку с прохладной водой, за которую она схватилась, как за спасательный круг посреди бескрайнего океана.