— Ты знаешь что делать, Саске Учиха.
Я воткнул в стол кунай Бога Грома. Благодаря моей крови, даже техника Второго Хокаге стала для нее доступной к освоению. На текущий момент этот кунай будет представлять из себя один из двух «маяков». Стоит мне бросить второй кунай и подать к нему чакру, то этот воткнутый кунай Бога Грома об этом мгновенно оповестит. Она не настолько талантлива в области печатей, а потому у нее есть возможность лишь манипулировать с существующей печатью, а не создавать ее. Если я действительно встречу «Её», то я дам Саске возможность провести с ней сражение. Это ее право. Я верил в то, что эта история вовсе не закончится по наиболее очевидному сценарию.
Если бы я только знал, что Акацуки — меньшее, что меня должно было беспокоить. Самое печальное в предательстве — это то, что оно никогда не исходит от наших врагов, оно исходит от тех, кому мы больше всего доверяем.
Глава 19
Месть и Предательство
Прежде чем отправится на «поиски» Цунаде я собрал провиант на несколько недель, так как я не мог точно сказать, как быстро мы найдем ее. Учитывая то, что сама Цунаде Сенджу хоть и была по уши в долгах, но она не бегает по стране Огня со скоростью шиноби «24 на 7», то и отследить ее и поймать на той или иной точке будет не слишком сложно. По крайней мере если Джирайя задействует свою сеть шпионов. Также, перед отправкой, я решил попросить Саске о небольшом одолжении, а заодно дал небольшое напутствие перед отправкой. Одолжением являлось то, чтобы она меня банально подстригла. Мне слегка надоело ухаживать за длинными волосами, что едва ли не спадали на лопатки. Я бы мог и сам, но хотелось, чтобы она получила некоторое внимание. Женщины это любят. Ну, а мое напутствие было скорее предупреждение. Я не стал ничего ей говорить о последних словах Сарутоби, которые были переданы мне в качестве предупреждения, но я открытым текстом сказал, чтобы она желательно не покидала дом больше, чем этого требуется. Мой барьер вокруг дома по крайне мере предупредит о нежелательном «госте». Через кунай Минато она меня предупредит, а я незамедлительно приду на помощь. Все остальное время она могла тренироваться рядом с моим домом и, если пожелает, изучить мой подвал, где хранятся свитки с техниками печатей и барьеров. Все же, если она найдет среди всех этих техник для себя что-то интересное или полезное, то ей же лучше. Теневые клоны помогут с поиском полезной находки.
— Ну как…?
Сейчас я смотрел в овальное зеркало, в котором отражалось спокойное лицо взрослого мужчины с тремя слегка странными полосками на щеках. На голове обычный ежик колючих волос пшеничного цвета, также была небольшая челка до челюсти, обрамляющая мое лицо. Определенно, Учиха решила взять вид прически с «моего» покойного отца Минато Намикадзе. Я бы сказал, что вышло неплохо.
— Спасибо. Хотя, на своего отца я бы не сказал, что особо похож… — кривая усмешка выходила мерзкой, дерзкой и вызывающей. Создавала острые черты лица. Как будто какой-то бандит или надменный красивый ублюдок хочет получить что-то от того или иного слабого человека.
— Ты невыносим…
— … и ты любишь меня за это. — пожимаю плечами и развожу руки в стороны.
Перед отправкой я также решил слегка сменить свой стиль. Я не особо люблю закрытую или вызывающе красивую одежду. Меня больше привлекала надежность и простота. Именно поэтому я не то, чтобы особо и изменил мой внешний вид. Плотная черная футболка закрывающая горло без рукавов, а поверх нее своего рода черный «халат», что здесь местные называют как хаори. Мешковатые черные штаны и ботинки. Также мой вечный пояс на штанах с удобной лямкой для крепления одноручного молота. Я на прощанье выдал довольно нетипичную и мягкую вещь в виде поцелуя тыльной стороны ладони Саске, тихо попросив ее подождать, пока мы со всем этим разберемся. С Цунаде, Итачи и прочими вещами, что мешают нам провести более приятное время в компании друг друга. Она мило смутилась, отвела взгляд и с усталым вздохом сказала, что ничего не поделать и что эти вещи действительно важнее. Я отказался как-то пояснять ситуацию «Старику-Отшельнику-Извращенцу». Его пошлая и радостная улыбка никаким образом не помешала мне идти к выходу из деревни. По крайней мере он догадался не уточнять наши личные отношения и не добавлять неуместный комментарий.