— Если ты понимаешь меня, то закрой глаз один раз. — глаз утвердительно закрылся и медленно открылся и ожидал от меня дальнейших указаний. — Мне плевать по какой причине тебя запечатали. Для меня лишь остается главным то, чтобы ты выполнял мои приказы. Неповиновение или своевольные акты будут караться уничтожением и запечатыванием. Тебе все ясно⁈ — глаз задрожал и один раз закрылся.
— Мы заключим договор. Я даю тебе возможность забирать кровь моих врагов, а ты беспрекословно подчиняешься мне. Меня крайне сложно убить, и ты должен был это понять из нашего сражения. Без опытного и сильного мечника ты теряешь почти большую часть своих возможностей и потенциала. Даже такое простое в понимании оружие, как ты, должно это понимать, верно…?
Зубчатое лезвие изменилось на совершенно простое, а именно таким, каким оно было изначально. Я поднес лезвие к своей ладони и слегка поранил свою ладонь, позволяя небольшой струйке крови пройтись по стальному серому лезвию и впитаться в него. Оружие чуть взмыло в воздух и воткнулось с грохотом острием в землю, образуя круг из трещины и разрушенной земли. Рукоять была чуть наклонена в мою сторону, отчего было ясно то, что Обезглавливатель был готов принять лишь два исхода. В первом исходе я просто ухожу и оставляю его здесь или я беру рукоять и использую его.
Я с ощущением торжества и гордости просто взял за рукоять. С грохотом вытащил его из земли, провел сначала легкий взмах, а затем перехватив второй рукой с плеча нанес горизонтальный взмах перед собой. Кинетическая сила взмаха была настолько сильной, что она еще оставила после себя линию которая разрубала и валила на землю десятки деревьев. Тупой стороной положив лезвие себе на плечо я усмешкой взглянул на отшельника. Джирайя не особо был рад такому исходу, но просто пожал плечами.
Конечно же, мы решили создать страховку, а не сразу доверять живому оружию которое один раз показало свою преданность. Мы установили на лезвие специальную печать которую позволяет чувствовать направленную жажду оружия на своего владельца, то-есть, меня. Если оружие по какой-то причине пожелает моей смерти, то я могу в этот же миг его уничтожить и запечатать. Я сразу оповестил и предупредил об этом двуручный меч. Предупредил его о том, что второго шанса уже никогда не будет. В ответ оружие отломило от своего лезвия осколок металла. Осколок сначала поранил мне ладонь, после чего преобразовался в небольшой сгусток крови, ворвался в мою рану и слился с моей кровью. Всего на пару секунд в мой мозг вошли воспоминания и образы того, что если оно нападет на меня с намерением убить, то лезвие разрушится и более не сможет вернуть себе исходную форму. Это была своего рода клятва или обещание которое оно не может нарушить из-за того, что «его» кровь теперь во мне. Гигантский двуручный меч смог передать воображаемый образ того, что если у него будет достаточно крови от врагов, то он даже может поделится своей жизненной энергией и вылечить мои раны, но это лишь возможно если оно будет ощущать «насыщение». Не знаю, что именно сделал этот меч, но благодаря этому простому ритуалу оно теперь способно передавать мне образы и чувства. Даже не имея возможности говорить оно умело создавать образы для полноценного диалога которое позволяет легко понять, что именно оно желает объяснить или передать.
— Ладно, раз уж мы заключили договор, то я думаю, что тебе нужно придумать новое имя. Все же, я люблю придумывать имена своим любимым игрушкам. Молот, Копье и Теперь Универсальный Нож-Переросток для Резки Мяса. Думаю, я назову тебя просто — «Myrderi» / Мирдери. В моем мире это слово означает такое просто понятие как «Резня». Все же, не думаю, что ты не способен на нечто меньше, чем это. Имя молота имеет отношение к гигантам, копье называется убийцей или палачом, а двуручный меч и вовсе означает резню. Это определенно создает некую иронию учитывая мою историю и достижение.