Он был прав. Один всегда во всем прав. Но быть правым в чем-то вовсе не означает то, что это правильно. Я не ощущал ничего честного и правильного от этого. Все то, что я сделал, я не мог просто забыть. Я не мог двигаться дальше. Я мог лишь попытаться отвлечь себя алкоголем, сражениями и… Сиф.
Она стала тем самым красивым сияющим цветком в моей жизни. Богиня, что подарила мне сына и дочь, согрела мое сердце и дала мне возможность жить ради них, но я не был откровенным, честным и легко адаптируемой личностью. От старых привычек невозможно было легко избавиться, а от воспоминаний прошлого невозможно было сбежать. Мои сыновья унаследовали почти все мои черты и это невольно пробуждали и заставляли меня вспомнить об этом ужасном поступке которые люди посчитали моим самым лучшим примером для подражания. Именно поэтому я не отличался излишней любовью к ним и ожидал от них быть лучше меня, но как они могут стать лучше, если я не могу дать им наглядный пример этому достижению? Сама Сиф тоже имела некоторые проблемы с характером, и наверное, именно поэтому мы так легко смогли найти язык между собой, но я заметил, что за несколько лет до появления новостей о новом Боге по имени Кратос и его мальчишке, Сиф решила измениться, а все ради своей дочери Труд. Она смогла будто взглянуть ее глазами на нас и позволить отпустить себя прошлую, стать мягче и стать обычной любимой матерью для своих детей.
— Мы можем измениться, Тор. Мы можем помочь им стать лучше нас. Нам необходимо лишь просто попытаться…
Я помню, как она после нашей ночной игры в мужа и жены попыталась сделать свой ход. Я сидел на кровати к ней спиной. Тело давно перестало изображать внушающий и пугающий вид мускулов и силы. Лишь мой размер и рост могло кого-то напугать. Депрессия, воспоминания о прошедших днях «Золотой Славы», постоянные пьянки и употребления жирной пищи без выполнения тренировок или жарких сражений приводит к очевидному итогу. Несмотря на это, Сиф приняла меня таким, какой я есть. Даже сейчас…
Ее мягкая ладонь касается моего плеча. Будто пытается прикоснуться к моей душе и хочет быть услышанной.
— Для меня все слишком поздно, Сиф.
— Никогда не поздно измениться. Я здесь для тебя. Я люблю тебя и своих детей, но я боюсь за тебя и за них. Один имеет какие-то планы на будущее. Он долгое время ищет «что-то».
— У него всегда есть план. Мне плевать на это. Чем скорее он получит то, что хочет, тем быстрее мы вернемся к тому, что у нас есть.
— У нас может ничего не остаться если ты просто слепо будешь следовать и выполнять его приказы. Ему также плевать на тебя. На всех нас. Он всегда получает то, что хочет, а на последствия ему было всегда все равно. Тебе ли это не знать?
— И что же ты хочешь, чтобы я сделал? Я не могу его победить.
— Всеотец боится тебя. Боится твоего потенциала и возможностей. Ты просто забыл о том, что ты не только Его Монстр, но также Бог. Не дай ему использовать себя и использовать нашу семью в своих целях. Тебе нужно просто сделать самый очевидный и правильный выбор.
После этого Магни и Моди погибли, а я так и не смог вспомнить этот диалог с Сиф. Я отдал своих сыновей ему в жертвоприношение в надежде на то, что когда он получит то, что желает, то я смогу избавиться от его цепей. Мой гнев и ярость были направлены не на него, а на Кратоса и его мальчишку которые лишь защищали себя.
Один отдал Приказ.
Было очевидно, что мои сыновья ощущающие непобедимость из-за пророчества о том, что они переживут Рагнарёк и предпочтут сражаться с чужаками которые посмели проигнорировать Волю Всеотца. Да и никогда я не учил их уходить от своих сражений.
— Ты знаешь, Что Я Сделал⁈
— Да! Вопрос лишь в том, что ты будешь делать после…?
— Мы не способны меняться. Мы… Разрушители!
— Уже нет.
В его глазах я вижу собственное отражение, но в отличии от меня он отпустил свое прошлое. Кратос смог найти свой покой.
— Уже нет. Ради наших детей. Мы должны стать лучше.
И в этот самый момент я осознал, насколько же глупым я был. Как легко, глупо и просто следовал приказам того, кто никогда не ценил и не проявлял ко мне должного уважения.