— Утешил. — устало вздыхает и закатывает глаза. Наверняка, думает о том какое я безнадежное и похотливое животное. Если между нами действительно «что-то» пройдет, то в этом акте не должны присутствовать какие-то романтические чувства. Я не могу дать ей свое сердце. Я дал обещание Саске, что мое сердце принадлежит лишь ей.
За своими путешествиями мы смогли посетить множества обычных и простых мест. Покупали разную еду и не менее интересную одежду. Местный стиль одежды хоть и был в каком-то смысле красивым, но меня всегда привлекала простота и удобность ношения. Не нужно совершать каких-то кучи приготовлений, легко заменить и очищать от крови простую ткань которую ты мог за одно движение надеть и снять. Я был до ужаса простым парнем и не имел каких-то особых предпочтений. В отличии, конечно же, от Саске. Ей было необходимо использовать меня словно куклу и примерять на мне один за другим разного рода наряды. Начиная от шорт, футболок, головных уборов, тапочек и заканчивая это кимоно, штанами, брюками, куртками и ботинками. Когда же одежда начала перетекать в отдел «18+» то я был вынужден прервать ее любопытство. Для меня эти пять часов оказались слишком долгими. Я не хотел выглядеть… как там продавец сказал…? «Владельцем Подземелья». Где одежда представляла из себя одни лишь сплошные тугие колючие ремни, пояса, длинные кожаные перчатки и длинные сапоги. В комплекте даже шла плетка. Ни я, ни Саске не были фанатами занятий «С/М», но одна лишь фантазия этого вида пробудило в ней «что-то» и это «что-то» мне не хотелось практиковать. Правда, все же, одну «сексуальную» футболку она все же решила для меня приобрести. Сетчатая майка очень детально и легко просвечивала мое спортивное телосложение. Я и не думал, что от простой демонстрации одежды у нее может пойти небольшая прямая струйка крови из носа.
Эти люди иногда такие странные…
Конечно же, я не был единственным кто закупал одежду и проводил ее демонстрацию. Сама Саске и Итачи тоже обновляли свой гардероб и одна особа уж очень хотела узнать мое мнение касательно той или иной одежды. Как я уже говорил ранее. Я был сплошным камнем когда дело доходило до одежды, но Саске доказала мне на простом примере, что некоторая одежда действительно кардинально меняла человека и выставляла его в ином свете. Под конец она специально хвасталась своими… скажем… «преимуществами» примеряя и интересуясь моим мнением касательного того или иного купальника. Подмечала мою реакцию. Правда, она признала свое поражение когда «совершенно случайно» раскрыла разделяющее между нами препятствие в виде занавесочного полотна ткани примерочной комнаты явив нашему взору Итачи в довольно откровенном черном купальнике. Черная ткань лифчика открывала место для кожи и не скрывали соски ее упругой, подтянутой и полной груди, что на мой взгляд ненамного, но превосходила грудь Саске. Итачи сначала удивилась, но заметив мое удивление и даже в некотором смысле смущение граничащее с возбуждением, отвела взгляд и прикрыла свою грудь рукой. Ей было непривычно от простого факта, что кто-то вроде меня видит в ней настоящую и привлекательную девушку в расцвете своих лет.
Ближе к вечеру мы решили посетить в местной деревушки горячий источник. Чем-то особенным он не отличался, а все из-за слабой популярности данного места. У меня не было желания контактировать с местными жителями которые могут украдкой смотреть или подсматривать за Саске. Сделаю какую-нибудь глупость. Вмажу кому-нибудь по лицу, отчего этот тип получит в лучшем случае сотрясение мозга и обезображенное лицо которое сохранит след от моего кулака, а в худшем отправит на тот свет. Даже простая мысль о том, что кто-то может мечтать о ней или прикоснуться к ней вызывает у меня тихий гнев. Именно поэтому я выложил владельцу горячего источника довольно внушительную сумму только для того, чтобы никто кроме нас троих не проводил в нем время сегодня вечером. Благо, старая женщина по имени Тацумаки, владелица местного горячего источника, вполне спокойно приняла мою просьбу. Закрыла вход в гостиницу и предложила лишь ее домашний алкоголь который готовит ее верный муж и домашнюю еду которая она сама готовит для гостей. У них никогда не было таких богатых и уважаемых клиентов. Все занятия по бизнесу проводила их семья. Она отвечала за расходы, планировку и еду, а ее муж и ее дочка отвечали за работу на горячем источнике. В редких случаях муж занимался подачей алкоголя. Я несколько сомневался в последнем и выразил вопрос, а все потому, что я не настолько тупой, чтобы пить чистый спирт разбавленный с каким-нибудь дерьмом под ночным небом. На что сама Тацумаки с низким поклоном убедила меня в том, что ни за что бы не стала оскорблять такого дорогого гостя таким жестом и предложила это исключительно ради попытки ее семьи отплатить за такую щедрую оплату за посещение их небольшого горячего источника.