Я не могу скрыть тяжелое дыхание не только от своего усталого состояние, но и от того насколько умело, приятно и искусно исполняет свою роль. Мои ладони сами собой нашли свое место на макушке этой парочки. Взъерошивал и поглаживал темные гладкие волосы Учиха. Итачи млеет от моего прикосновения, опускает на бок свою голову мне на грудь и с закрытыми глазами. Она не говорит и слова, но мне и не нужно было говорить того, что ей нравилось это ощущение близости. Итачи создает жест когтей, создает на лице такую приятную мягкую улыбку и игриво проводит по моей груди острые линия.
В это же время Саске уже прекращает играть и дразнить этой игрой и переходит к главному. Возвращает зрительный контакт и погружает кончик в свой влажный и приятный ротик. Поигрывает языком, проводит видимую круговую линию по кончику и не скрывает извращенных и пошлых слюнявых звуков. Специально занимает широкую позицию, используя мои колени как опору для своих ладоней, и использует лишь свою голову для будущей части. В прямом смысле этого слова. Создает такой подавляющий, резвый и агрессивный темп. Полностью игнорирует случайный кашель, глухие удары горла и чавкающие всплески ротовой полости, а вместо этого ощущает прилив решимости. Данные движения тела отдаются энтузиазмом, а вызывающие урывочные дыхания и полустоны создают впечатление игривого вызова. Ей нравилось ощущать вызов. Секс уже стал неотъемлемой частью нашего времяпровождения и не сложно догадаться, что это занятие вызывает безобидную зависимость. Ну, а данная зависимость перерастает в желание доставлять удовольствие друг другу куда более эффективнее. Создавать множественные способы, варианты и «постельные» техники.
Мастерство, которое она продемонстрировала, поглощая и проводя своим скользящим языком по пахнущему мускусом члену создавало слабость в ногах, отчего мои кончики пальцев ног судорожно сжимались и разжимались от этой приятной пытке.
— Ах…! С-Саске, подожди! Черт…!
В пьяной и одурманенной форме выпускает член от влажного и мягкого плена лишь для того, чтобы вызывающе и отвратительно извращенно «постукивать» окончанием по своим щека, подбородку и иногда задевая его своим языком.
— Не ругайся. Не люблю, когда ты ругаешься. Ты же не хочешь, чтобы я расстроилась и прекратила все это?
Такая очевидная и глупая угроза. Я чувствовал, как она играет со мной, и создает себе важную и доминантную роль при этом полностью игнорируя то, что она делает прямо сейчас. Саске неистово мотала головой вперед и назад, как будто от этого зависела ее жизнь. Тонна густой слюны скользили по массивному стволу, намеренно производя громкие, хлюпающие звуки, прежде чем протолкнуть своеобразное мужское достоинство как можно глубже. Учиха не хотела успокаиваться, прежде чем попытаться проглотить его в своем сжимающемся глотке, вытягивая челюсть как можно шире, поджав губы и крепко всасывая, как будто она пыталась вдохнуть его, намыливая его своим мягким языком, как будто она слизывала сладость с леденца. Саске даже не выглядела так, как будто она выполняла этот голодный минет ради меня, а выглядело как самоудовлетворение, слюнявя повсюду, как бешеное животное. Создает мокрые пузыри, а полосы слюны бежали по всему гигантскому придатку. Для нее как будто не было ничего вкуснее, чем этот мускулистый прямой член. В такие моменты в моей голове проносились какие-то глупые, бессмысленные и нелепые мысли о экзистенциального предназначения всего этого. Словно данная Учиха была рождена быть со мной и доставлять мне удовольствие. Саске задыхалась и дрожала от волнения, насильно вталкивая грабительские дюймы в свой пищевод, бросая вызов всем шансам и каким-то чудом умудряясь засунуть его глубоко в свое сжимающееся горло. Я не мог более сдерживать свое высвобождение и предупредил, озвучивая громко её имя.
— Саске…!
Вместо отступления принимает с гордостью и полной готовностью. Лишь в конце показывает испачканный язык своей сестре. Итачи подбирается к ней и дарует ей чувственный, влажны и нежный поцелуй в процессе совершая круговые переплетения и своеобразный обмен.
— Моя очередь.
Саске сбрасывает одеяло в сторону, так как ощущает скованность и постепенно растущий жар. Наши тела высвобождают тепло, а тепло создает уже видимый пот. Моя ладонь сама собой нашла свое место на макушке волос Саске. Было необычно ощущать лишний атрибут на её голове в виде кошачьих ушек, что временно являлись частью её тела. Такая забавная, приятная и нежная игра ладонью. Создавала впечатление, что я действительно доставлял ей удовольствие. Будто я действительно ухаживал за какой-то домашней черной кошкой. Подыграла. Ткнулась макушкой своей головы о мой подбородок и завиляла своим хвостом передавая без слов свое возбуждение и радость. Слишком милая и красивая кошка, которая заслужила от меня награду в виде чувственного поцелуя.