Его надежда обратилась в отчаянье за одно лишь мгновение.
Данный рывок, что исполнила Учиха напоминал пространственный скачок, но на деле это было высшая ступень быстрого перемещения. Пространственное искажение создает скачок и снимает ограничения с физического тела, отчего после каждого рывка остается лишь искаженный «шлейф». Данное искусство было создано на основе техники Четвертого Хокаге. Метка Бога Грома представляла собой маятник в пространстве который не позволял свою исполнителю случайно перестараться «потерять» себя. Саске не боялась потерять себя в пространстве, так как очень хорошо понимала, контролировала и ощущала пространство вокруг себя.
— XIV Форма: Сеть.
Саске уже за его спиной в завершающей стойке своего косого взмаха снизу вверх. После озвучивания техники меча Кисаме поочередно начало кромсать, резать и разрывать на части пространственные линия. Создавая своего рода настоящую «сеть». Саске как будто прошла сквозь него и не оставила живого места. Его тело буквально взорвалось изнутри от ранений и высвободило из себя фонтан из крови в разные стороны. Не было шансов увидеть и почувствовать атаку, а потому и шансов на блокирование или тем более уклонения просто не было.
Самое забавное во всем этом было то, что Самехада была целая и невредимая. Половинки его рук все еще упорно держат рукоять перед его телом. Данный итог этого взмаха был таков, что его тело просто лишили конечностей, а он сам представлял собой не более чем кровавый кусок мяса. Саске в ходе исполнения этого приема будто специально создавала последовательность из взмахов которые лишают его конечностей и взмахов, которые оставляют легкие или серьезные ранения.
Его падение сопровождалось грохотом, кряхтением и высвобождением предсмертных хрипов. Его тело рухнуло, лицо устало уставилось на зеленую, прохладную и влажную траву, но на его лице все равно медленно расцветает удовлетворенная улыбка.
Он увидел.
Возможно, это была шутка или насмешка судьбы, но он действительно смог увидеть перед своей смертью за этот мимолетный миг множество взмахов и это невольно вызвало у него детское любопытства. Он желал знать перед своей смертью один простой факт.
— С-сколько ты сделала… взмахов за мгновение нашего пересечения?..
— А сколько ты насчитал, Кисаме?
— К-Кхах…! Д-девять…
— Неплохо. Восемнадцать. Последовательность была произведена дважды.
— К-как⁈ Никто не способен…
— Если ты думаешь, что на это способен лишь «Бог», то ты ошибаешься. Чистая концентрация и фокусирование. Все цвета, краски и мир вокруг исчез передо мной и остался лишь Мой Меч и Ты. Настоящий мастер меча может создать за один визуальный фрейм множество взмахов, а его оппонент, если он тоже достиг ранга «Мастера», обязан отразить или парировать эту атаку своими техниками меча. Ну или по крайне мере уклонится от атаки или найти способ защитить себя от неё. Данный итог доказал, что ты и близко не был мастером меча. Ты всего лишь подражатель, трус, хищник на более мелкую и слабую рыбу в своей маленькой среде обитания. Все жестокие и слабые люди способны издеваться, причинять боль и убивать слабых. Твоя Охота подошла к концу. Знай же, что ты погиб от более достойного и сильного мечника, чем ты. Можешь гордится этим. Твою жизнь забрал Бог «Жадности».
— Кхе-хе-кха-ха-ха!.. — Кисаме выдает слабый, полухриплый с кровавым кашлем, смех. — «Достойный»?… Ты говоришь о достойности и гордости… Ты говоришь о том, что ты… «Бог»… но истинными и неизменными вещами будет то, что в этот самый день… правосудие всегда… всегда на стороне… Победителя. Я всегда был на стороне истины, потому что мне никогда не встречался кто-то способный забрать… мою истину.
После этих слов Кисаме погиб. Самехада тоскливо и грустно урчала, шипела и высвобождала из себя нечленораздельные гортанные звуки. Словно она скорбела. С одной стороны данное оружие не имело такое понятие как «преданность» или «любовь». В конце-концов это оружие и оно имеет очень простые в понимании инстинкты. Без своего мастера у неё не было шансов исполнять свое предназначение и получать пищу в виде чакры. Саске подошла к уже безжизненному трупу, а Самехада в надежде выставляет свою «хвост-рукоять», так как ощущает от этого «врага» невероятную, плотную и очень приятную прохладную чакру. Словно бушующий, холодный и плотный поток лавины или водопад. Сам этот факт будоражил, пугал, но в тоже время возбуждал её, отчего чешуйки её лезвия тела дрожали.