В конце-концов все это завершилось именно тогда, когда я передал ей его в руки, а радужка правого глаза Итачи приобрела бледный и безжизненный оттенок, тем самым подтверждая его неработоспособность. Медленно закрывает глаз из-за невозможности использовать. Самое забавное, что ребенок будто почувствовал мгновенно тепло, безопасность и покой стоило его матери обернуть вокруг него свои ладони. Я мягко накрыл её макушку ладонью, припал к ней и коснулся своим лбом её лба.
— Спасибо. Я… — на секунду замешкался и потерял контроль над эмоциями. — … Думал, что моей печати будет достаточно. Я обязательно верну тебе глаз, но…
— Н-Наруто, пожалуйста, помоги Саске. Она… пережила так много боли и страданий… а все из-за Меня… и самое главное… Себя.
Лицо искажает целую гамму эмоций. Слезы счастья от обретения сына и слезы горечи от осознания уже текущего положения Саске. Да, я чувствую, как прямо сзади меня постепенно возрастает и нагнетает шторм. Когда как на самом деле это было невидимое давление. Жажда крови создает опасный и неповторимый спектр. Сущность всего окружающего пространства как будто в любой момент может быть уничтожено за какое-то мгновение. Стены, потолок и пол вокруг всего на секунду покрывается тонкими и легкими режущими линиями и мгновенно закрываются моей печатью восстановления.
— «По крайне мере не использует Аспект…» — облегченно подумал я про себя, создавая еще одного клона, что будет представлять собой наблюдателя и телохранителя для Итачи и её сына. Хотя…? Не думаю, что стоит этому радоваться, а все из-за того, что это подсознательная сила. Сила которая активируется исходя из простого мысленного посыла. Я не стал рисковать и создавать лишний стресс тем, что пытался увести отсюда Итачи. Логика такова, что это её самая близкая, важная и любимая сестра которая по «какой-то» причине должна покинуть радиус её визуального спектра. Мое каждое действие и слово будут оценивать и судить. Как бы это странно, ненормально и ужасно не звучало.
Медленно подошел, мой теневой клон мгновенно развеивается и передает мне знания и опыт прохождения операции. Внешне тело может и стабильно несмотря на высвобождения двух стихийных сфер из огня и ветра прямо внутри её живота. В отличие от разума…
Лицо искажается в непередаваемой гамме сомнения, злости, раздражения. Тяжелое дыхание высвобождается наружу, додзюцу постоянно включено и внимательно оценивает меня всего и конце-концов смотрит мне прямо в глаза. Словно человек был потерян, отрезан от внешнего мира и не понимал, что происходит или наоборот ощущал этот мир совершенно иначе.
— Почему ты сотрудничаешь с Орочимару? Он ранил меня, он пытался забрать меня, он постоянно создает собственные игры и может манипулировать тобой.
— Люди меняются. Любопытство вовсе не грех, а отсутствие морали.
— Почему ты простил Обито?
— Потому что я не ощущал к нему ненависти и видел возможность. Возможность увидеть нечто совершенное новое. Ты видела его и его счастье и сделала ему предупреждение. Он получил, что хотел. Несмотря на свои силы и возможности у него довольно простое видение будущего. Ему не нужна власть или этот мир, а лишь один-единственный человек.
Логика и факты в моих словах можно было ощутить, но беспокойство, страх, раздражение перерастающее в злость и ненависть вызывает беспокойство. На лице ни дрогнул ни мускул, а тело выполняет необходимые последующие действия.
— Нужно было убить Обито, Орочимару и всех, кто смеет идти против нас.
Я создал вокруг себя невидимый барьер из гравитационного поля, но даже сквозь него на моей щеке медленно появляется незаживающая царапина. Вся комната начинает постепенно воспламенятся. Стены, пол и потолок и аппаратура погружается в черное безжалостное пламя, но я оставался непоколебим и лишь выразил легкую улыбку. Саске напряженно хватается за подлокотники и злобно завывает и стонет. Словно её раздражала моя ухмылка и спокойствие.