— Товарищи, не стану отнимать ваше время и начну с главного: Советы дали добро и пообещали свою поддержку. Завтра на рассвете выступаем.
По палатке пронеслась волна оживления. Многие офицеры до сих пор не верили, что им дадут воплотить амбициозные и дерзновенные замыслы их военачальника.
Вега поднял руку, и моментально воцарилась тишина.
— Не стоит забывать, чего стоила Кубе эта проволочка Советов, но теперь они с нами — как и наши ливийские и африканские друзья. И мы вступаем в кампанию вместе, как настоящие товарищи по оружию. — Он кивнул в сторону карты. — Наступление поведем точно в соответствии с разработанным планом. Теперь не будет никаких изменений и никаких проволочек. Я уже телеграфировал полковнику Суаресу. Завтра ровно в час ночи наши части, остающиеся в Намибии, вступят в бой с превосходящими их втрое силами противника. Таким образом они выиграют время для нас. Нам же надлежит доказать, что их жертвы будут не напрасны. — Голос Веги зазвенел. — Вы все знакомы с данными разведки. Юаровские убийцы деморализованы, истерзаны и готовы перегрызть друг другу глотки. Вы должны отбросить все сомнения. Мы разобьем этих наглых африканеров. Наши товарищи из АНК готовы повести свой народ к свободе. Южная Африка созрела для освобождения. Мы стоим на пороге большой победы. Победы Кубы! Победы всех угнетенных наций на земле! Победы социализма!
Довольный, он почувствовал, что его гордость и уверенность передалась всем присутствующим. Годы кризиса и сомнений едва не привели его страну и ее союзников к краху. Все эти сомнения и поражения будут забыты, едва его танки триумфальной колонной вступят в Преторию.
Первое бригадное тактическое соединение кубинской армии было дислоцировано в нескольких замаскированных лагерях в окрестностях деревушки Буби — в шестидесяти километрах на юг от шоссе и железнодорожного узла в Рутенге и шестидесяти километрах на север от Бейтбриджа, городка на северном берегу реки Лимпопо. «Великая, серо-зеленая и грязная» Лимпопо служила границей между Зимбабве и ЮАР.
И вот тысячи солдат и сотни машин, надежно укрытые в районе сосредоточения, пришли в движение. Они выползали из зарослей, неглубоких траншей, покрытых ветками и камуфляжной сеткой, из деревенских хижин и домов, захваченных для военных нужд. Водители на полную мощь запускали моторы, готовя свои машины к выступлению.
Под громкие команды пехотинцы строились и терпеливо дожидались своей очереди садиться в БТР. Из-под маскировочной сетки с оглушительным воем выезжали боевые вертолеты «Ми-24-Хайнды», готовые немедленно подняться в воздух.
От подразделения к подразделению сновали цистерны с потеками солярки на боках, заправляя доверху гигантские танки «Т-72», колесные «БТР-60» и «БМП-1» на гусеничном ходу. За бензовозами неотступно следовали грузовики, доверху груженные артиллерийскими снарядами и минами, а также ящиками с патронами. Экипажи танков роились вокруг своих бронированных чудищ, подтягивая и поправляя гусеничные траки и проверяя двигатели. Рядом с ними работали инженеры и медперсонал, приводя в боевую готовность свои машины.
После долгих недель вынужденного бездействия в укрытии, Первое бригадное тактическое соединение ожило, и время понеслось быстрее. Наконец прозвучала команда батальонам выстроиться на шоссе, и сотни единиц бронетехники неспешно выехали на шоссе, растянувшись на целый километр. Остаток дня они проведут в движении, обычном для походного марша любой армии, — то набирая скорость, то подолгу ожидая, но неуклонно продвигаясь вперед к исходным позициям в долине реки Лимпопо, откуда начнется наступление.
После себя, эта первая из ударных групп генерала Веги, оставила пустые лагерные стоянки, уже тронутые ржавчиной мотки колючей проволоки и изрытые танковыми гусеницами поля.
Над холмами юго-западного Мозамбика низко нависли клубы пыли, багровеющие в лучах заката. Все они сходились на единственной дороге, ведущей на запад. Рев моторов висел над холмами, подобно несмолкаемым раскатам грома — только этот гром был делом рук человека.
Майор Жоржи ди Соуза стоял на обочине, как завороженный наблюдая, как движутся в сторону ЮАР кубинские танки, грузовики и другая техника. Никогда еще ему не доводилось видеть такую боевую мощь, сосредоточенную в одном месте. Время от времени над головой проносились вертолеты советского производства, еще более усугубляя общий оглушительный шум.
Он вытянулся по стойке «смирно», мимо проехал командирский «Т-72», в люке которого стоял подполковник, отдающий честь, как на параде на площади Революции в Гаване. Следом шли другие танки, выстроившись в грохочущую колонну. Десять. Двадцать. Тридцать. Ди Соуза сбился со счета. Сразу за танками двигались инженерные части со специальной техникой для наведения понтонных мостов и разминирования, за ними — бронетранспортеры с солдатами, зенитные пушки «ЗСУ-23-4» и грузовики, доверху нагруженные боеприпасами, продовольствием, горючим и водой.
Мозамбикский майор качал головой, пребывая в каком-то восторженном изумлении. Почему-то это все казалось нереальным, как во сне. Он и представить себе не мог, что желание, которое он загадал сегодня утром, осуществится так скоро. Все его опасения, сможет ли Куба осуществить свои намерения, все сомнения в возможностях ее армии тотчас же улетучились при виде этой демонстрации силы.
Никогда еще железнодорожная станция Булавайо не была так запружена. Десятки дизельных тепловозов и паровозов медленно ползли мимо пустующих мясоперерабатывающих комбинатов, автомобильных заводов и текстильных фабрик, волоча за собой сотни открытых платформ, пассажирских и товарных вагонов. Через равные промежутки времени со станции отходил очередной состав, направляясь в нейтральную Ботсвану. Все эшелоны шли со скоростью тридцать километров в час.
Бронетехника и артиллерийские орудия на платформах были накрыты брезентом, не слишком скрывающим их очертания. Пассажирские вагоны были битком набиты кубинскими солдатами. Поверх товарных вагонов, нагруженных боеприпасами и снаряжением, из мешков с песком были сооружены временные огневые позиции, на которых расположились автоматчики и гранатометчики.
Группы коммандос и разведподразделения уже заняли исходные позиции вдоль границы Зимбабве с Ботсваной. При необходимости они применят силу для обеспечения безопасного следования воинских эшелонов, доставляющих третью бригадную тактическую группу на северо-западный фланг предполагаемого фронта в ЮАР. Однако такой необходимости может и не возникнуть. Крошечная армия Ботсваны — не более чем бутафория.
Правый бронированный кулак кубинской армии был занесен.
Генерал Антонио Вега стоял в своей штабной палатке возле стола с главной оперативной картой, слушая радиодонесения о продвижении трех тактических групп. Младшие штабные офицеры отмечали на карте положение каждой колонны и ее эшелонирование.
На бумаге каждая тактическая группа представляла собой формирование размером с бригаду в составе трех батальонов моторизованной пехоты, одного танкового батальона и одного артиллерийского дивизиона. Но приданные ей зенитные подразделения, связисты и службы тыла фактически делали ее равносильной небольшой дивизии.
Как в настоящей «комбинированной» воинской части, в каждой бригаде Веги все инструменты ее смертоносного промысла были сконцентрированы в один мобильный кулак. Тактической группой численностью в батальон он брал Уолфиш-Бей. Теперь он планирует бросить три соединения, каждое впятеро больше по размерам, в наступление на всю ЮАР.