Крейг низко опустил голову, напряженно размышляя. Как и положено хорошим штабным офицерам, его подчиненные старались быть осторожнее — как говорят в министерстве обороны, «не были расположены к риску». Они неизменно следовали главному правилу планирования совместных операций: подумай, сколько артиллерии тебе нужно и умножь эту цифру на два, — и почти всегда оказывались правы. Высадка морского десанта в военном деле считается одной из самых опасных операций. Необходимо иметь превосходящую огневую мощь, достаточную, чтобы очистить место высадки от нехороших ребят. Но что, если они уже опоздали с вторжением?
Что ж, иногда надо обходить острые углы. Иногда — сознательно идти на риск. Как сейчас.
Он поднял голову.
— О'кей, вот как мы поступим. Мы высадимся в Дурбане двадцатого, но только двумя бригадами плюс десантно-диверсионные части. Третья догонит нас потом. — Он посмотрел на свой штаб — все были потрясены. — Хорошо, господа. Через три дня мы должны быть в Дурбане. Начинайте погрузку.
— Товарищ генерал, все полученные нами данные говорят о том, что империалисты высадятся в Дурбане, — полковник Васкес указал на карту. — Там самая удобная береговая линия и портовые сооружения во всей ЮАР. Мы также знаем, что сейчас в этом районе происходят массовые беспорядки и действуют отряды партизан. — Помедлив, он продолжал: — Кроме того, Дурбан находится слишком далеко от расположения наших сил, чтобы мы могли помешать высадке.
— Согласен, полковник. Отличный анализ. — Вега негодовал. — А теперь скажите, что нам со всем этим делать?
До сего времени война разворачивалась на земле и в воздухе. Введя военно-морские силы, западные союзные войска обеспечивали себе такую свободу действий, какой не было ни у кубинцев, ни у южноафриканцев. Еще до высадки на берег они могли доставить множество неприятностей и тем, и другим.
Даже советский военно-морской флот не мог ничего противопоставить западным кораблям у побережья Наталя. Советы не хотели бы вступать в вооруженную конфронтацию с Англией и Америкой. Они были готовы потратить некоторое количество рублей и скинуть устаревшую технику, но проливать русскую кровь — нет уж, дудки!
Отчасти их нежелание вступать в войну с Западом происходило оттого, что военные действия разворачивались слишком далеко от русских портов. Их флот был рассчитан на операции вблизи советских берегов в сочетании с использованием самолетов наземного базирования. Но их шансы против двух авианосных соединений были практически равны нулю.
Вега подозревал, что Кастро даже не потрудился попросить помощи у Советского Союза. Впрочем, какая разница, подумал он. Они бы все равно отказали.
Вега поджал губы.
— Какая-то чертовщина, полковник. Я даже не знаю, помогать нам американцам или пытаться их остановить.
Васкес расценил слова начальника как приказ доложить обстановку.
— Конечно, высадка Объединенных сил оттянет на себя некоторую часть войск африканеров, воюющих сейчас с нами.
Кубинский генерал коротко кивнул.
— Точно, полковник. — Он сильно ударил ладонью по столу. — Верно! Мы не можем остановить их вторжение… значит, мы должны использовать его в своих целях. Мы отложим наше наступление до высадки американцев с англичанами. — Он резко рассмеялся. — Пусть теперь капиталисты отведают африканерских пуль. А когда они высадятся, мы разобьем то, что останется от Набумспрейт и двинемся на Преторию. — Он заметил почтительную улыбку Васкеса. — Вас что-то тревожит, товарищ полковник?
— Так точно, товарищ генерал. — Васкес показал на территориальные воды ЮАР у юго-восточного побережья. — На фотографиях, сделанных с советского спутника, видно, что американский авианосец «Индепенденс» отплыл из Кейптауна, чтобы присоединиться к «Карлу Винсону». Скоро они будут на таком расстоянии от Дурбана и Претории — а, возможно, и наших рубежей в этом регионе, — с которого легко нанести удар. Если мы подойдем слишком близко к Претории, самолеты с этих авианосцев смогут ударить и по нам.
Вега был категоричен:
— У нас нет выбора. Все, что мы можем сделать — это ударить посильнее, а остальное предоставим превратностям войны.
По кабинетам и коридорам укрепленного, как крепость, полицейского управления Дурбана сновали взволнованные люди в военной форме. Звонили телефоны, уточнялись карты, с головокружительной быстротой менялись планы обороны. От остатков разбросанных по Капской провинции верных Форстеру войск поступали подтверждения их худших опасений — американские авианосцы и десантные корабли отплыли на восток, готовя очередную высадку на побережье ЮАР.
Бригадный генерал Франц Дидерихс стоял в своем кабинете, с холодным презрением и отстраненностью глядя на подчиненных, которые предпринимали отчаянные попытки спасти то, что уже невозможно было спасти. По оценкам разведки, американцы и англичане собирались высадить на берег как минимум усиленную дивизию морской пехоты при поддержке более чем двухсот палубных самолетов и орудий более чем дюжины боевых кораблей.
Ему же со своей стороны почти нечего было этому противопоставить. Пять недоукомплектованных полицейских рот охраны. Три артиллерийских батареи несравненных «Джи-5» и «Джи-6». И три полуживых пехотных батальона, измотанных месяцами партизанской войны с зулусами и многодневными уличными боями в ноябре. Всем им не хватало людей и тяжелого оружия.
Он поморщился. Единственная надежда на здравый смысл — лишь он должен подсказать этим идиотам из его штаба, что у них нет шансов на победу, по крайней мере, на победу в общепринятом значении этого слова.
Логика подсказывала, что союзным войскам нужен именно Дурбан. Городской аэродром и порт — прекрасный плацдарм для полномасштабного наступления на Йоханнесбург и Преторию. Собственно говоря, это единственно возможный плацдарм. По существу, все главные дороги провинции Наталь вели в Дурбан. И только здесь они сходились вместе, сливаясь в первоклассное шоссе, которое вело на север, к минеральным богатствам ЮАР.
Логика подсказывала также, что союзные войска, не ограниченные ни в живой силе, ни в технике, были ограничены во времени. Даже если этот генерал Крейг захватит город, до его конечной цели останется еще больше сотни километров. И прежде чем начать продвигаться в глубь страны, американцы с англичанами должны обеспечить надежную систему снабжения, что возможно лишь при беспрепятственном доступе к главному порту страны.
Дидерихс медленно кивнул своим мыслям. Он и его солдаты не смогут выиграть грядущую битву, но могут сделать так, что победа достанется противнику дорогой ценой. Он склонился над столом, изучая планы портовых сооружений Дурбана.
Уже больше недели его саперы и группы мобилизованных чернокожих и индийских рабочих день и ночь, не покладая рук, разрушали порт, чтобы его было невозможно восстановить. Закладывали взрывчатку в погрузочно-разгрузочное оборудование. Готовились затопить танкеры и грузовые суда, и без того попавшие в капкан американской блокады, чтобы загородить узкий вход в порт и заблокировать его доки и якорные стоянки.
Как только первые группы войск вторжения союзников ступят на берег, Дидерихс планировал выставить основную часть своего гарнизона по периметру вокруг центра Дурбана. При всей их превосходящей численности и огневой мощи они потратят не один день на то, чтобы выбить его войска из укрепленных небоскребов и прибрежных отелей. А не сделав этого, они не смогут начать восстановления портовых сооружений первостепенной важности. В то же время его артиллерия, спрятанная в лесах у подножий Драконовых гор, будет удерживать аэропорт имени Луиса Боты. Периодический обстрел осколочными снарядами сделает невозможным приземление огромных американских транспортников «Си-141» и «Си-5».