Ники. Банти… это моя мама…
Банти. Ох!
Флоренс (берет ее за руки). Это так волнительно, не правда ли?
Целует девушку.
Ники. Я ей сказал.
Банти. Вы в ярости?
Флоренс. Разумеется, нет… с какой стати? Особенно теперь.
Банти. Это совершенно невероятно, вы — мать Ники.
Флоренс. Я — не такая, какой вы рассчитывали меня увидеть?
Банти. Нет, именно такая… но я не могла в это поверить, пока не увидела вас собственными глазами.
Флоренс. Снимите этот божественно красивый плащ и возьмите сигарету…я должна оставить вас и переодеться, потому что чудовищно опаздываю, но вы пообедайте здесь с Ники, а потом присоединитесь ко мне и Тому Верьяну в «Посольстве».
Банти. Тому Верьяну?..
Флоренс. Да, вы его знаете?
Банти. Знала ребенком… если это тот самый Том Верьян.
Она снимает плащ.
Флоренс (экспансивно). Ники… я более не волнуюсь… я рада.
Ники. Ангел.
Флоренс. Может, Банти хотела бы приехать к нам в пятницу и провести уик-энд в нашем доме?
Ники. Это было бы прекрасно.
Банти. Премного вам благодарна, миссис Ланкастер.
Флоренс. ВЫ должны называть меня Флоренс, терпеть не могу этого обращения, миссис Ланкастер. Я должна лететь, Том подойдет с минуты на минуту… его фотография на столе.
Банти (подходит к столу, смотрит на фотографию). Да… он самый.
Флоренс. Как это божественно…
Звонит телефон.
Алле… да, говорите… Эльза, дорогая, как ты… Что?… этим вечером… идеально… конечно… с удовольствием… послушай, Ники только что вернулся из Парижа, может он прийти с Банти Майнуэринг… да, он здесь… Увидимся вечером, дорогая… Ники, поговори с Эльзой…
Хватает сумочку, целует Банти.
Я так рада насчет вас и Ники… это просто чудесно.
Ники (в трубку). Привет, Эльза… Понятия не имел, что ты в Лондоне. Я просто в восторге… дорогая моя, не могу забыть, как ты играла в Париже… я очень рад… ты сделал что-нибудь с тем танго?.. Ты должна сыграть его сегодня, я хочу, чтобы Банти услышала… Идеально, не так ли?.. До свидания, дорогая (кладет трубку на рычаг). Банти.
Банти. Что?
Ники. Я невероятно счастлив.
Банти. Я тоже.
Ники. Помнишь, как мы все планировали… прийти домой вместе… поставить в известность маму… все остальное?
Банти. Конечно.
Ники. Тебе она действительно понравилась.
Банти. Я ее обожаю… она просто ангел.
Ники. Я процитировал ей твоего «героического маленького мальчика»… ей понравилось.
Банти. Это правда, знаешь ли… и смеющегося над судьбой.
Ники. Париж уже в миллионе лет отсюда.
Банти. Совсем другая жизнь.
Ники. А надо-то переплыть узенький пролив. Ты специально надела это платье?
Банти (улыбаясь). Возможно.
Ники. Ты просто дьявол.
Банти. Это такая забава, вызывать воспоминания вещами.
Ники. И агония.
Банти. Ники, дорогой, почему агония?
Ники. Влюбленность — всегда агония, а я влюбился тебя в этом платье.
Банти. Неужели?
Ники. Не притворяйся, будто не знаешь.
Банти. Наверное, это всегда знает любая женщина и мужчина.
Ники. С самого первого момента.
Банти. Да.
Ники. Пробегает искра.
Банти. Твоя игра этому помогла.
Ники. Я на это надеялся.
Банти. Какой ты расчетливый.
Ники. Хочешь сигарету?
Банти. Не откажусь.
Он протягивает ей сигаретницу, она достает сигарету.
Ники (дает ей прикурить). Я бы хотел, чтобы мы не были так свободны.
Банти. Почему? О чем ты?
Ники. Мне так хочется украсть тебя, сотворить что-то романтичное.
Банти (смеясь). Теперь в этом нет особого смысла, не так ли?
Ники. Возможно. Как сильно ты меня любишь?
Банти. Не знаю.
Ники. Это интересно, анализировать эмоции другого.
Банти. Не то слово.